— У-у, прелесть, — запив кушанье глотком полусухого виноградного напитка, через некоторое время сказала она. — В Европе так готовить не умеют.
— Надо признать, что итальянцы преуспели не только в спагетти, — откладывая столовые приборы в сторону, согласился собеседник. Промокнув губы салфеткой, он облокотился о край стола и посмотрел на спутницу. — Итак, дорогая, я готов продолжить повесть о нашем приемном сыне, мечущемся в поисках сексуального удовлетворения. На чем мы остановились в прошлый раз?
Он с удовольствием прошелся по женщине влюбленными глазами. Сегодня на ней был надет шикарный арабский халат розовых тонов с широкими рукавами и серебристого цвета поясом вокруг тонкой талии. Вся она представляла собой только что покинувшую спальню, наспех успевшую привести себя в порядок, непокорную пленницу царских кровей, не по своей воле оказавшуюся в султанском дворце. Вид ее возбуждал, тревожил затаенные уголки разума, заставляя высвечиваться необузданным фантазиям. Эротичности добавляли воткнутая в золотистые волосы, оправленная в серебро, крупная розовая приколка ввиде раскрытого рапана, длинные сережки из панцирей речных моллюсков в серебре, простенькие бусы из покрытых серебром же мелких ракушек. Запястье украшал серебряный браслет со вставками из того же материала. На щеках играл яркий румянец хорошо отдохнувшего человека, создававший в сочетании с блеском жемчужных зубов романтический образ прекрасной незнакомки. Из–под полов халата виднелись расписанные серебряными цветами загнутые носы маленьких розовых туфелек. Мужчина тоже успел переодеться в прекрасно сшитый домашний халат светло–коричневых оттенков с пространными отворотами фигурного воротника и на рукавах. На ногах у него красовались обверложенные коричневым мехом мягкие парчевые шлепанцы. Сама атмосфера за уставленным яствами столом говорила, что впервые за время путешествия оба собеседника настроились на создание между собой семейного взаимопонимания.
— На том, как Докаюрон отправился в горы реализовывать незаурядые свои сексуальные способности, — потянулась за сигаретами спутница. Прикурив, прищурила в усмешке зеленые миндалевидные глаза. — Кстати, после того, как бывшая супруга поинтересовалась об успехах в обхаживании молоденьких девчат, конкретно, о их количестве на его душу, у него появилась мысль, что неплохо бы партнерш по сексу начать коллекционировать. Кажется, до сотни трахнутых баб ему еще было далеко.
— Ты перестала его уважать?
— Почему ты так решил?
— Потому что в твоих словах начало проскальзывать равнодушие, — мужчина щелкнул зажигалкой, с интересом воззрился на собеседницу. — Коллекционер, сотни трахнутых баб… До этого к Доке в твоем голосе присутствовало некоторое сочувствие.
— Совсем наоборот, мне нравится целеустремленность, пусть даже она проявляется в порно похождениях главного героя, — не согласилась спутница. — Весь смысл заключается в том, чтобы суметь реализовать себя за отпущенное нам на земле время. Неважно в чем, но обязательно реализовать.
— Думаешь, там это зачтется?
— В первую очередь, наши подвиги зачтутся нами самими. Для себя, — она смешно выпятила губы. — Ну и там посмотрят не косо. Ведь Дока рвался только вперед, а женской половине населения и там, и тут, скажем так, это не безразлично. Мне, во всяком случае.
— Спасибо, тогда продолжим со спокойной душой.
— Прежде, чем ты углубишься в повествование, милый, я бы попросила тебя прояснить важную для меня деталь.
— Я весь внимание.
— Когда и где ты купил этот шикарный бухарский халат? — спутница на мгновение как бы затаилась в чувствах, одновременно небрежно указывая пальчиком в сторону мужчины. — Или тебе кто–то его подарил?
— Я купил его в магазине своего друга в Москве, — собеседник недоуменно похмыкал себе под нос. — А в чем дело, дорогая?
— На халате до сих пор красуется ярлычок с простенькими инициалами на русском языке и сердечком посередине. Вон тот, на воротнике, рядом с петелькой для вешалки.