А потом ее скрутило. Так резко и страшно, что Мастер успел подхватить ее лишь у самой земли. Девушку гнуло и било судорогами так сильно, что даже вампир с трудом удерживал ее. Максим поспешил на помощь брату, фиксируя руки Сары, которая и закричать не могла. И все мы слышали, как замедлялось ее сердечко.
Но тут начал раздаваться стук другого сердца. София, до этого страдавшая лишь морально и безмолвно, вдруг закричала, отрываясь за двоих. Ее фигура наливалась цветом и красками, и спустя минуту уже была абсолютно реальной. Дмитрий кинулся к жене, подхватывая ее и аккуратно опуская извивающуюся Хранительницу на пол. Андрей, как и Максим, помог удерживать ее.
В какой-то момент все прекратилось. Просто наступила такая оглушающая тишина, что невольно захотелось что-то сказать. Но я, откровенно признаться, боялась.
- Сара! София! – на два голоса звали прадед и Мастер. Все мы слышали стук их сердец, а значит – обряд удался.
Они открыли глаза одновременно и столь же одновременно улыбнулись своим любимым. Было приятно, радостно и чуть-чуть неловко наблюдать за их счастьем. Со спины меня обнял Максим, зарываясь носом в волосы, а за руку я держала Андрея, который, как мне показалось, смотрелся здесь очень одиноко.
- Что будет с Книгой? – спросила я Ровеля.
- Она останется здесь, – просто ответили мне.
- Но… мы уже использовали ее.
- Это же не салфетка, чтобы использовать ее один раз!..
- То есть…
- Да. Книга остается здесь, как и все мы, кто хранил ее столько лет.
- Но София одна из Хранителей. Как она сможет уйти?
- Я уверен, они с Дмитрием справятся, – таинственно изрек мужчина, подмигнув мне.
- Отец? – позвал Бессмертный.
- Что, Макс?
- Почему тогда ты выбрал меня?
- Так боги распорядились, – пожал плечами Прародитель, улыбнувшись сыну. – Оставили жить тебя. Чтобы… защитил этот мир и… его свет. – Блондин вдруг пристально посмотрел на меня, отчего я невольно вжала голову в плечи.
После чего самый древний вампир шутливо потрепал меня по волосам и, положив Книгу обратно ангелу на колени, просто растаял в воздухе.
- Он всегда так делал – уходил не прощаясь. – Максим еле слышно вздохнул. – И что теперь?
- А теперь, – крайне недовольно ответствовал Мастер, подхватывая улыбающуюся Сару на руки, – мы летим домой!
Ну наконец-то! Отпуск, жди меня! Я уже скоро! Лечу догуливать недогул!..
Комментарий к Глава 17. ...или тайна Книги Никодима. Часть 2. Вторая часть – на Ваш суд, любимые мои читатели))))
====== Глава 18. “Одна морока!” ======
- Эм, а вы уверены, что это платье?.. – с сомненьем. Большим таким… Можно даже сказать – грандиозным. – Вообще на паутинку смахивает. Причем весьма некачественную, прошу заметить!
Кто-то сдавленно охнул, но пяток фури… О, простите, милых девушек продолжил свое неблагодарное дело, а именно: издевательство над одной невинной жертвой.
- Слушайте, а давайте я просто в форме своей пойду, и все?.. – неуверенно.
- Что?! – возопили на четыре голоса так, что шестая поспешно признала себя неправой. Сразу во всем, до кучи, так сказать. Чтобы не орали больше.
Пятая бест… прошу прощения, верная боевая подруга и соратница лишь закатила глаза, в глубине души одобряя такой вариант, но, конечно же, не признавая этого вслух, дабы и ей не перепало от… Чтоб не перепало, короче.
- А это?.. – с надеждой.
- Ты уже мерила его и сказала, я цитирую, заметь: «Что за косорукая свинья, так ее растак, сшила этот бред?!» – с превосходством.
- Хорошо, я уловила твою мысль. – Покорно.
Я вздохнула и покосилась сначала на себя, отраженную в зеркале, потом на продавца. Это был уже шестой свадебный салон, понятия-не-имею-какое-по-счету-платье и –дцатый консультант, доведенный до состояния нестояния.
А ведь все так прекрасно начиналось!..
После нашего памятного приключения я проснулась только на следующий день и почему-то в незнакомой постели. Машинально начала шарить под подушкой в поиске успокоительного пистолета и, не обнаружив оного, резко села на постели, потихоньку начиная паниковать.
И увидела огромное количество цветов. Белых и красных роз. Символично, не находите?..
Их лепестки были везде: на полу, одеяле, подушках, а вазы с целыми букетами стояли на всех вертикальных поверхностях. Запах в комнате стоял легкий и ненавязчивый – окно недавно открывали. Вот почему я проснулась по уши завернутая в одеяло, как сосиска – в тесто. Все же на улице давно уже минусовая температура стоит, а я существо мерзливое, мне переохлаждаться вредно… для психического здоровья окружающих.
Не нужно быть гением, чтобы догадаться – кто способен на такое. И, соответственно, в чьем доме я нахожусь. Неужели я проспала весь перелет, таможню и поездку до дома Максима?!
Лепестки складывались в целую тропку, и, не мудрствуя лукаво, решила идти по ней. Тропинка вывела меня в коридор второго этажа, провела по лестнице вверх и завела в оружейную. На дверь был прикреплен лист с надписью: «Здесь есть то, чему здесь не место, но есть место на чем-то другом…»
Моргнув пару раз спросонья, я вчиталась повторно… потом в третий раз. С четвертого, наконец, осознала, чего от меня хочет бессмертный изувер, уже почти профессионально играющий на моем не только женском, но и врожденном, а потому удвоенном, любопытстве.
Скажу честно, так внимательно я еще ничего не искала, причем даже понятия не имея, что ищу. Все мечи, ножи, арбалеты, луки, стрелы, копья, щиты, пистолеты, дробовики, автоматы, винтовки и прочие колюще-режущие и мучительно-убивательные предметы, коих у Максима было превеликое множество, были тщательнейшим образом проверены, перепроверены и контрольно осмотрены в третий раз.
Ноль! Я ничего не нашла!
От острого чувства неудачи резко упало настроение, и я села на пол, прямо так, как была – в пижаме. И тут я сообразила – во что одета! И кто мог меня переодеть!..
- Прежде чем ты начнешь негодовать, хочу сказать, что – да, искушение было велико, но я обещал тебя не домогаться, а посему все было очень быстро, – спокойно заявил Максим, стоя в дверях и, судя по всему, уже давно наблюдая за мной.
Кошмар! Совсем расслабилась! Даже не услышала и не почувствовала его!.. Шея по многолетней привычке заныла, ожидая скорых трындюлей от деда, который обычно отвешивал такие волшебные подарки за преступную невнимательность.
- Очень двусмысленно звучит, знаешь ли! – обиженно выдала я, поднимаясь и упирая руки в бока.
Мужчина, уловив мой намек, с некоторой долей лукавства глянул на меня, все так же не спеша приближаться.
- Ты меня оскорбляешь, родная! Впрочем, я могу тебя простить, если ты меня поцелуешь… сто раз. И, так и быть, буду совсем уж добрым – дам тебе подсказку. – Вампир в ожидании подался чуть вперед.
- А у тебя не слипнется? – ехидно поинтересовалась я и поджала одну ногу под себя, потому как ступни подмерзать уже начали – даже в закрытую дверь балкона проникал холодный сквозняк.
- Если у меня не слипнется – у тебя не найдется! – подхватывая меня на руки и как-то подозрительно довольно улыбаясь, сообщил Бессмертный.
- Два раза. Один – в качестве извинения, второй – задаток за подсказку, – в ультимативной форме заявила я.
- Женщина! Совести у тебя нет! – тут же надулся Максим.
- Точно! «Ни стыда, ни совести. Ничего лишнего!» – процитировала я его самого и Мастера.
Повздыхав для приличия еще пару раз, мужчина, естественно, от поцелуев не отказывался. И, когда я уже медленно, но верное стала терять связь с реальностью, он честно оторвался от приятного и увлекательного дела, дабы изречь:
- Александр Македонский.
- Что?! – вылупилась я на него, не успев перестроиться с поцелуев на продуктивную мозговую деятельность.
- Я говорю – Александр Македонский, – покорно повторил вампир.
- И чем это мне поможет? – подняла я бровь, не торопясь слезать с теплых и удобных рук на холодный и вообще жесткий пол.
- Не знаю, вдруг пригодится, – беззаботно улыбнулся мужчина, опуская меня на ноги.