Парк — это несколько запутанных аллей, что тянутся сквозь посаженный давным-давно редкий лесок. В центре парка — небольшая концертная площадка с помостом. Там периодически устраивают какие-то праздники, митинги, шествия и т. д. Иногда играют любительские группы. И, конечно, спортсмены проводят показательные выступления.
Пройдя по извилистым дорожкам, я оказался перед небольшой, но всё же толпой, которая с любопытством глазела, как бойцы в белом кимоно показывают приёмы самозащиты на фоне баннера «Федерация Армейского Рукопашного Боя N-ска». Не совсем понятно, какое отношение к армии имеет кимоно, но приёмы меня впечатлили: удары ногами, вертушки, захваты, оборона от ножа и много чего ещё.
Несмотря на то, что в этих просторных белых пижамках все рукопашники выглядели одинаково, Валю я отыскал сразу — по красным волосам. Любопытно, пирсинг из носа она вынула. Или это был не пирсинг, а просто один из тех муляжей, которые можно вставить в нос для вида?
Прозвучал свисток и рукопашники зашевелились, принимая какую-то формацию. Валя и ещё несколько девочек выходят в центр, а затем на них нападают пацаны. Происходит обмен ударами, затем дело переходит в борьбу в партере.
Вдруг замечаю, как плотный паренёк, который борется с Валей, начинает сильно душить её со спины треугольником. По искажённому лицу одноклассницы вижу, что ей больно и неприятно. Эй-эй, да он серьёзно сейчас задушит её! Следует какая-то команда, свисток, и противник отпускает девушку, которая несколько секунд не может подняться с земли. Потому что она придушена, понимаю я. Между тем, парень-душитель даже и не думает помочь ей подняться. Наконец, отдышавшись, Валя встаёт на ноги и занимает место в строю. Какие-то слова, аплодисменты зрителей и рукопашники кричат что-то вроде: «Физкульт пока!».
Все расходятся, а я неторопливо иду искать, но не Валю, а её душителя. По пути стягиваю с джинсов ремень — они и так хорошо сидят на мне благодаря резинке в поясе. Сматываю ремень и притыкаю за спиной, прижав растягивающейся тканью. Поправляю футболку — со стороны вроде и не видно, что у меня там что-то спрятано. Отлично.
Валин обидчик как раз отбился от основной группы, куда-то бодро вышагивая. Слежу за его курсом. Куда идём мы с пятачком? Ага, в общественный туалет. Повезло, повезло.
— Эй, пацан, — окликаю я свою цель у входа в полуразвалившийся сарайчик с буквой «М».
Плотный черноволосый парнишка примерно моего роста поворачивается ко мне. Чуть постарше — может быть, студент универа или колледжа. Под носом и на щеках замечаю несколько прыщей, видимо, не повезло парню с гормонами.
У меня, кстати, прыщей никогда особо не было.
— Чего надо? — спрашивает Валькин обидчик.
— Пойдём, прыщавый, — говорю ему. — Отойдём.
— Для чего? — удивляется он, а потом, когда доходит, обижается. — Ты кого прыщавым назвал?
Несмотря на одинаковый рост, он плотнее и явно сильнее меня.
— Учить тебя буду, — отвечаю ему. — Как с девушками общаться.
— Ты про Вальку что ли? — вдруг расплывается он в мерзкой ухмылке. — А что хочу, то и…
Ремень со свистом рассекает воздух, и железная пряжка прикладывается к его лицу. Губы лопаются кровью, и парнишка, удивлённо вскрикнув, запоздало вскидывает руки в защитном жесте. Раскручиваю ремень и бью внахлёст. Пряжка прилетает оппоненту в район уха, но вместо крика он с глухим рыком бросается на меня.
Вот скотина. Я бью ремнём в третий раз, но поражаю лишь воздух — пригнувшись, он всем корпусом врезается в меня и сносит.
Я падаю спиной на асфальт, а плотный парнишка, не теряя времени даром, прижимает сверху. Сейчас сядет на живот и будем бить, соображаю я. Нужно не дать ему это сделать! Тыкаю большим пальцем левой руки в глаз. Палец не убираю, а продолжаю давить. Противник вскрикивает от боли, пытается отодрать мою руку от своего лица. Что, не по правилам?
Пользуясь его замешательством, перехватываю ремень за пряжку и бью по лицу. Затем ещё и ещё. Пряжка не острая, но даже тупой металл разрывают человеческую кожу — лицо оппонента кровит из-за рассечений и царапин, повсюду разлетаются красные брызги.
Охреневший душитель приподнимается, чтобы выйти из зоны поражения пряжки, и я тотчас бью его ногой в пах. Отталкиваю согнувшегося и уже сломленного противника от себя, поднимаюсь, и пинаю его в лицо. Он опрокидывается на землю, и я прыгаю двумя ногами ему на лицо. Всё?
Нет, он в сознании, валяется подо мной в позе эмбриона, разбрызгивая кровь, слюни и слёзы. Жалкое зрелище — даже добивать расхотелось.
Сев на него, вытираю пряжку ремня о кимоно.
— Понял, уяснил, усвоил? — спрашиваю.
— Да, да, понял, всё понял. Извини, — булькает разбитыми губами он. — Зачем ногами прыгаешь? А если бы убил.
— А мне всё равно, если надо — убью, — отвечаю равнодушным тоном. — Уяснил?
— Уяснил, уяснил.
— К Вале больше ни на метр не подходишь. А если подходишь — то вежливо, вежливо. Обращаешься, как с хрустальной вазой.
— Как с вазой, — подтверждает парень.
— Ну вот и договорились, — встаю, и для памяти ещё пару раз его пинаю.
За моей спиной раздаётся одновременное:
— Мэлс! Ты что творишь! — это возмущённый голос Валя.
— Ну и что это такое? — а это голос взрослого мужчины.
Поворачиваюсь и вижу Валю, уже переодетую, и мужика лет тридцати пяти в спортивном костюме. Тренер, как я понимаю. Чуть пониже меня, с могучими плечами и едва заметным пузом. Длинные руки и огромные ладони. Автоматически, не знаю почему, вглядываюсь в него, и получаю:
Берендей
Игрок
Статус: оборотень поневоле
Судя по всему, он тоже в меня вгляделся.
— Что тут происходит? — ещё спрашивает невольный оборотень.
— Он поступил плохо, — киваю я на лежащего парнишку. — За что и поплатился. Так я поступаю с врагами.
Смотрю на Берендея — понял намёк или нет? Не лезь, оборотень, ко мне. Не достанется тебе опыт с меня.
— Мэлс! Не надо было… — начала было Валя.
— Валя, помолчи! — перебил её тренер. — Ты, пацан, обидел одного из моих учеников. Скорее всего, напал на него нечестно, так?
Это «нечестно» он подчеркнул интонацией. На способности намекает.
— Нет, это был честный бой, — отвечаю ему. — Но без правил.
Пока он думает, что сказать, подпоясываюсь ремнём.
Если честно, очень чешется рука просто отправить его тот свет. Вряд ли он успеет активировать какую-нибудь способность или защититься. Выстрел — и конец.
Останавливает меня только недоумевающая Валя и уже поднимающийся парень с окровавленным лицом. Потенциальные свидетели.
— Максим Васильевич! — наконец, не выдерживает Валя. — Это мой… одноклассник, Мэлс! Он просто хотел вступиться за меня, так что это я виновата. Толик немного переборщил на показательных…
— Он тебя чуть не задушил, — вмешиваюсь я. — Больше себе такого не позволит.
— Вижу, что не позволит, — хмыкает Максим Васильевич. — Толян, иди умойся и переоденься. Проиграл подростку. Позор! Буду гонять тебя на тренировках до полусмерти. А ты, Мэлс… Не подходи к моим ученикам больше, понял? Даже не вздумай!
Последнее слово он почти прорычал и тут до меня дошло. Да он боится, что я зафармлю его учеников!
— Не подойду, — киваю ему и, развернувшись, иду из парка.
— Мэлс, стой! — меня догоняет Валя.
— Привет, — говорю ей запоздалое.
— Да к чёрту «привет»! Ты зачем Толика так разукрасил?
— Слышала же, зачем.
— Да он ничего такого не сделал. Ну придушил немного со злости, бывает. Просто он встречаться предлагал, а я ему отказала, — фыркает красноволосая оторва.
Поравнявшись со мной, берёт под руку.
— И что за «одноклассник»? — фыркаю я. — Могла бы сказать «мой парень».
— А ты мой парень? — удивляется одноклассница. — Мой парень всегда со мной, он мне всегда пишет, что-нибудь дарит и ещё угощает!