— Она вам словами сказала? — красноречиво поднимаю бровь, глядя на Кешу. — Саму бумагу не показывала?
— В ватсапе написала, — на тон тише отвечает Анара, закусывая нижнюю губу. — Блин… Что ж делать…
— Да не надо вам ничего делать, — бормочу, доставая свой телефон. — Сидите молча рядом. Сейчас…
Набираю Котлинского и, сверлимый двумя взглядами с двух сторон, в два слова описываю ситуацию.
— Игорь Витальевич, как нам этот анализ сейчас поиметь? Дубликат?
— Они третьим лицам не дадут, — звучит на три метра вокруг бас Котлинского, поскольку телефон я поставил на динамик.
— Не третье лицо. Сдававшая анализ девушка рядом, — уточняю ситуацию. — Вот она стоит со мной и вас слушает.
— Так пусть позвонит, представится, — хмыкает Котлинский. — И сама спросит, как взять дубликат анализа. Она телефон либо почту оставляла, когда форму заполняла в регистратуре?
Вопросительно смотрю на Анару, которая дисциплинированно наклоняется к динамику:
— Да, мы и мой адрес, и мужа указали! И телефоны тоже! — отвечает она за меня, ни мало не стесняясь людей вокруг (которые, справедливости ради, нашими делами и разговорами ничуть не интересуются).
— Ну так позвоните и попросите именно вам продублировать! — басит Котлинский, хмыкая ещё раз. — Если что-то не сладится, наберите меня ещё раз.
Котлинский отключается, а Анара, вооружившись уже своим смартфоном, под пристальным вниманием любопытного Кеши, минут пять экспрессивно штурмует центр молекулярной медицины прямо по телефону.
Те, оказывается, и в мыслях не имели от неё скрывать ни анализы, ни результаты исследований. Просто отдали всё на руки мужу. Который, оказывается, приходил вместе со своей матерью.
— Как так? — недоумевает Анара, пока её телефон пищит принимаемыми сообщениями (молекулярка, вняв её просьбам, посылает всё прямо ей на ватсап). — Он же говорил, на работу пошёл? Зачем он с матерью ходил? А я даже не подумала! Как ей могли отдать анализ?!
Наконец, «простыня» из нескольких листов прогружается на её телефон, и мы втроём прикипаем к экрану.
— Ну, — хмыкаю я, выпрямляясь. — Что и требовалось… доказать. У вас всё в порядке.
Кеша с сестрой перечитывают полученное несколько раз, постепенно меняясь в эмоциях.
— Но как так? — уже не плачет, а злится Анара. — К А К?!!
— Вот же пидор бородатый, — сочно выдаёт Кеша, отворачиваясь в сторону.
Он, в отличие от сестры, с эмоциями справляется быстрее, потому прочёл всё с первого раза и до конца. Включая последний лист.
— Детей не может быть не у вас, а у вашего мужа. Прочтите внимательно его обследование, оно на последнем листе, — трогаю Анару за плечо сзади. — А вот зачем они вам сказали неправду, это уже не ко мне…
— Вот же пидор бородатый, — рефреном вторит Кеша сам себе ещё минуты две. — Ну, блядь такая… Ну, опарыш гнойный… сегодня едешь ко мне ночевать, — без какого-то перехода выдаёт он сестре.
— На Хоргос? — непритворно удивляется та. Но не спорит.
— Хуйгос… — Кеша явно сбрасывает напряжение, которое старался не показывать. — Нет, в квартиру в городе. Держи ключи…
Примечание.
Реальный случай, было в казнете.
Девушка из Института Международных Отношений и Иностранных Языков вышла замуж в глубокий аул. Любовь. Переехала в этот аул.
Год, два, пять, — нет детей.
Сдали с мужем анализы, в Алмате. Это 200 км ехали. Анализы забирала родня мужа, поскольку через несколько дней, и второй раз было неудобно.
В анализе было указано, что с детьми проблемы у мужика.
Но по причинам этно — психологического характера, объявить об этом ей родня мужа не посчитала возможным: типа, если бесплоден мужик — то он ущербный и это позор. И на весь аул, и на всю родню.
А так, у бабы с города, дескать, проблемы, не страшно… Мало ли чем они там в городе болеют по молодости…
Плюс, они очень ею как невесткой дорожили и не хотели, чтоб она ушла от их парня, из-за его бесплодия.
Глава 42
Кеша с сестрой ещё какое-то время болтают о семейном, что-то эмоционально обсуждая (сестра) и хмуро односложно отмахиваясь (Кеша).
Я, из соображений тактичности, снова втыкаю в уши наушники и отгораживаюсь от их семейного междусобойчика громкой музыкой.
Наконец сестра Кеши, абсолютно успокоившись, прячет ключи в рюкзак. Затем, скомкано попрощавшись, с задумчивым видом исчезает по той же аллее, что и Гао.
— Ну что, рассосалось? — нейтрально интересуюсь у Кеши.
— Более-менее, — кивает он. — Но тут скорее брак рассосался.