Когда всё закончено, и мы оба не можем устоять на трясущихся ногах, то выбираемся из душевой кабины и забираемся в ванную, полную приятно горячей воды. Никита успел её включить, прежде чем овладеть мной, но когда только успел? И почему она не переливается? Спрашиваю об этом и слышу в ответ: «Автоматика, детка». После Гранин усаживает меня перед собой и начинает намыливать мне спину.
Всё это, вся эта ситуация сбивает меня с толку. Ещё несколько недель назад, увидев, кто у нас главный врач, я хотела сначала избить его до потери пульса. Затем бросить работу и даже уехать из города. А теперь сижу вместе с ним в джакузи, обнажённая, сладко измученная несколькими оргазмами, и блаженствую.
Что происходит в моей жизни?!
Когда мы выходим из душа и я закутываюсь в невероятно уютный халат, долго смотрю на Никиту.
– Нам нужно прекратить это… – начинаю, и он удивлённо вскидывает брови. – Я имею в виду вот это. Я имею в виду нас. Секс да, но никаких интимных отношений. Ты звонишь мне, когда тебе хочется, а я тебе, –пожимаю плечами и подхожу к зеркалу.
– Как ты себе это представляешь? – Гранин подходит ко мне сзади и нежно целует в шею. – Ты хочешь вскакивать с постели и уходить каждый раз после секса?
– Типа того. Поверь мне, я справлюсь с этим.
Снова эта горечь в моем голосе. Я понимаю, что Никита не сможет с этим справиться, и поворачиваюсь к нему.
– Встречаться для секса время от времени – это нормально. Может быть, один уик-энд в месяц. Но не ожидай чего-то подобного здесь каждые выходные, – я целую его, и мужская рука скользит под мой халат.
– Ладно, – вздыхает он.
– Скажи, давно у тебя не было секса? – смотрю на него с любопытством.
– Какое-то время, – уклончиво отвечает он.
– И теперь ты хочешь за один день наверстать упущенное? – провожу рукой по краю его полотенца, в которое он укутал нижнюю часть тела.
– Может быть, – улыбается Никита и нежно целует меня.
– Если мы продолжим в том же духе, то завтра я не смогу поставить одну ногу впереди другой, – замечаю со смехом.
– Это было бы нехорошо, ты права, – Гранин поднимает меня и усаживает на туалетный столик. – Заведующей отделением нужно много ходить, она ведь не офисный работник, чтобы сидеть постоянно в кресле.
– Верно, – тихо говорю между поцелуями.
– Скажи мне, чтобы остановился, и я остановлюсь, – шепчет он мне в ухо, и я тихо стону.
– Может, мне прекратить? – Никита сжимает мои соски между пальцами, и мои звуки становятся громче.
– Нет… – это больше не похоже на намёк.
Гранин наклоняется надо мной, просовывает ладони под ягодицы и сжимает их.
– Я так и думал, – шепчет он, и его полотенце падает на пол.
Он не торопится, и я извиваюсь под ним.
– Возьми… Прошу… – умоляю я, и он улыбается.
– Доктор Печерская, вам нужно принять решение.
– Возьми. Меня. Никита. Пожалуйста, – смотрю ему в глаза, и он проникает в меня.
Закрываю глаза и опускаю руки рядом с собой, чтобы не соскользнуть со столика.
– Я держу тебя, детка, – от мужского бархатного голоса у меня по спине пробегает дрожь, и я обхватываю его бедра ногами.
На этот раз он не торопится, и через короткое время я испытываю оргазм. Никита ещё не кончил, он движется, и это наполняет меня радостью. Значит, пока он изольётся, успею достигнуть ещё двух вершин блаженства. Это происходит через какое-то время… Моё сердце почти выпрыгивает из груди, и я едва могу дышать.
Гранин прижимается своим лбом к моему и улыбается.
– Теперь нам действительно пора одеваться, – он целует меня и снова поднимает со столика, опуская на ноги.
– Не забудь выпить противозачаточное, – Никита снова оборачивает полотенце вокруг бедра и вопросительно смотрит на меня.
– Нет, – отвечаю со смехом и снова застёгиваю халат.
– Что?! – он смотрит на меня в лёгком смятении.
– Это не повлияет на моё рабочее время и на личную жизнь. Мне делают трёхмесячный укол, – объясняю ему, самодовольно улыбаясь. – Медроксипрогестерон. Слышал о таком?
– Очень хорошо, – Гранин притягивает меня к себе и крепко целует.
– Я тоже так думаю, – отвечаю с улыбкой.