Может, у Гранина попросить? Но как-то неудобно. Всё-таки мы здесь не совсем коллеги, а скорее… кто? Друзья? Очень смешно. Я и подруга Никиты Гранина. Ладно, об этом после. Мне теперь хорошо. В желудке перевариваются кусочки шашлыка, приготовленного Данилой, свежие овощи и даже рюмочка коньяка. Это всё, что смогла себе позволить после вчерашнего. Зато чувствую себя, как пудель, который пригрелся в мягком кресле после сытного ужина.
Разговоры сейчас крутятся вокруг поездки за границу.
– Когда Элли была со мной в Норвегии, мы действительно катались там на лыжах в июле, – рассказывает подруга, и я одобрительно киваю, когда вижу вопрошающие взгляды обоих мужчин.
– Это было здорово, – признаю, и Маша улыбается.
– Мои родители ездят туда каждую весну. Посмотрим, может быть, они снова поедут со мной на этот раз, – Маша откидывается на спинку кресла и начинает рассказывать о своей семье.
– Почему, собственно, мы так мало знаем о твоём родном городе? – Данила смотрит на меня, и я вздрагиваю, как будто меня ударили.
– О Волхове особо нечего рассказывать, – стараюсь казаться равнодушной.
– Когда ты была там в последний раз? – продолжает Береговой, и я делаю глубокий вдох.
– Пять или шесть лет назад. На серебряную свадьбу моих родителей, – объясняю ему и надеюсь таким образом завершить тему.
– Как ты можешь так долго не возвращаться домой? – Данила смотрит на меня в изумлении. Сам он, прилежный сынок, бывает раз или два в месяц в Пскове, где он вырос и где до сих пор живут его родители.
– Если у вас нет особенно приятных воспоминаний, то это просто. Я регулярно разговариваю по телефону со своими родителями, и Дима навещает меня, – говорю и смотрю на Машу в поисках помощи. Она знает, как неохотно рассказываю о своей юности.
– Ты только что упомянула Диму. Когда он на самом деле хочет приехать? – спрашивает подруга, и я благодарно улыбаюсь ей.
– Через три недели на выходные обещался, – я улыбаюсь.
Нам всегда очень весело, когда мы собираемся вместе, а всё потому, что мой брат и Данила находятся на одной волне. Однажды я их познакомила и сразу обратила внимание, как эти двое совершенно непохожих мужчин нашли общий язык. Хотя чему удивляться? Оба поклонники ретро автомобилей. У Димы в гараже стоит «Волга» ГАЗ-21, такая же, как у президента, а Береговой холит и лелеет ГАЗ М-20 «Победа». Этим двоим стоит сцепиться языками, и они свои железяки будут обсуждать часами.
– Он один приедет или как? – с надеждой спрашивает Данила.
– Один. Алла, Лёня и Кира останутся дома, – объясняю я, подмигивая ему.
Встречаю непонимающий взгляд Гранина.
– Алла – это жена Димы. Лёня и Кира – их общие дети, – объясняю ему, и он слегка кивает.
– А вы где выросли, Никита Михайлович? – спрашивает Береговой.
– Ребята, ну что вы всё ко мне по имени и отчеству. Я же не намного вас старше. Давайте так. В узком кругу, где все свои, будем на «ты». Ну, а в клинике, при остальных, на «вы». Договорились?
– Конечно! – радуется Данила. – Так откуда ты сам родом? – тут же спрашивает Гранина.
Я мучительно закрываю глаза.
– Из Волхова, – тихо говорит он. Маша и Данила удивлённо смотрят на него, потом на меня.
– Вы оба выросли в Волхове? – спрашивает Береговой.
– Да, но мы не одного возраста. У нас не было ничего общего, – быстро говорю я, и мой взгляд встречается с взглядом Никиты.
– Да, я рано уехал из дома. Сразу после окончания школы отправился в Москву, поступил в Сеченовский университет. Несколько месяцев назад работал в Боткинской больнице. Скажем так, был очень амбициозен и продвигался по карьерной лестнице, – говорит Гранин.
Он при этом ухмыляется, и я внезапно представляю его амбициозным медиком. Сначала студентом, потом ординатором, затем врачом, после…