— Каковы же они? Назови себя, ситх. Назови себя перед величайшим Доктором Думом, ставшим Дартом Думом, и принявшим наследие вашего рода. Наследие вашего Ордена. Назови себя предо мною! — сверкнув не меньшей силой, потребовал я, сосредоточенно и жестко глядя прямо в пылающие алым визоры его шлема.
— Да будет так, ситх'ари из иной вселенной. В нынешней ситуации, мои титулы как никогда актуальны… — едва заметно кивнул мертвец с легкой усмешкой, аналогичным мне образом складывая руки на груди. — Я Повелитель Надвигающейся Тьмы, тьмы, что с твоим появлением надвинется на Галактику… Владыка Ненависти, владыка того чувства, что я испытываю к нынешней ситуации. Я Убийца Тысячи Джедаев и Владыка Истинной Империи Ситхов — Тулак Хорд.
Глава № 19. Меч. Храм. Джедаи
Внешнее Кольцо. Коррибан.
751 ДБЯ.
13 лет до Мандалорской Чистки.
И вновь спустя пару мгновений.
Дарт Дум.
— Я слышал о тебе. — спустя несколько секунд повисшего молчания признал я, прогоняя по своему разуму все знания об этом разумном. — Один из Темнейшей Триады — Короля Адаса, тебя, и Марки Рагноса. — припомнил я древнейшее название трёх величайших ситхов по мнению древних источников.
Они не были очередными джедаями, разочаровавшимися в Республике и своём Ордене, и обидевшимися на них как малые дети, а оттого желавшие отомстить. Для них подобная ничтожная месть была гораздо важнее настоящих амбиций, отчего ни я, ни наиболее разумные древние ситхи не воспринимали их всерьёз, игнорируя даже фактического основателя старой и первой Империи Ситхов, соратника Сорзус Син — Аджанты Полла.
— Это так. — степенно кивнул он, оглядывая Академию Ситхов. — Хм-м-м… Впервые настолько ярко ощущаю ауру этого места… Касательно же моих соратников по Триаде. Адас не стал участвовать в том побоище, что ты устроил, играя на нашем желании стать тем, кто обучит восстановителя славы ситхов, и первого ситх'ари за тысячелетия после меня и Рагноса… — отдавая мне должное, глубоко кивнул Лорд Ситхов, не двигаясь с места. — Рагнос же… Давно безумен, к сожалению. Он отчаялся восстановить былое величие… И методом исключения мы оставляем лишь меня. Право слово, неужели те идиоты, что были захоронены на Коррибане до и после моей смерти, правда думали, что смогут меня одолеть? Кучка недоучек и подражателей. — очень-очень знакомым тоном голоса закончил ситх, пренебрежительно ухмыльнувшись под маской, судя по звуку.
— Ты доказал, что достоин говорить со мной. — пожал я плечами, прикрывая глаза на несколько секунд. — В этом у меня нет сомнений.
— Но я всё равно… Я всё равно чую в тебе недовольство результатом, мой… Коллега. — вовремя поправившись, произнёс облачённый в глухой стальной бронекостюм разумный.
— А какое чувство я должен использовать к тому, кто первым стал использовать световые мечи вместо безграничного могущества Силы? — ядовито произнёс я, распахивая глаза и концентрируя в ладони сверкающие молнии. — В архивах ты упоминаешься как величайший мечник, возможно самый величайший. Но чего стоит твоё мастерство меча против чистой Силы и её, ха, силы?
— Я уже доказал тебе, Дарт Дум, что я так или иначе могущественнее всех остальных призраков Коррибана. — начал он, не беря ни секунды на раздумья и достойный ответ. — Но вопрос не об этом был, признаю. Суть заключается в том, что ваши световые мечи — ничто иное как жалкая дешёвая игрушка, всего лишь технология, подобная бластеру! Ничтожества исказили правду! — внезапно разъярился дух, заставив стены вокруг задрожать и осыпаться древним песком. — Я никогда, никогда не использовал то, что привнесли Аджанта Полл и его соратники сюда! Эта жалкая технологическая подделка настоящего оружия, протомеч, позже ставший той мерзостью, что висит на твоём поясе… — указал он облачённым в черную ткань пальцем на мой световой меч. — Я использовал только и исключительно Силовой Меч!
— Не забывайся! — ударил уже своей Силой я, заставив призрака потускнеть и слегка сжаться. — Осознавай, с кем ты разговор ведёшь!
— Кхм… Да. Это для меня больная тема… Полагаю у тебя она тоже есть, учитывая что я слышал о тебе от Мефисто. Так что ты можешь понять мой гнев. — в ответ я лишь кивнул, костеря всеми нехорошими словами одного демона, сдавшего мою жизнь с потрохами. Ничего, ничего. Осталось не так много до того чудесного часа, как я выпотрошу эту демоническую тварь.