— Пустая коробка из-под патронов не единственная вещь, которую мы нашли в его квартире, — продолжала Кларк. — Он был клептоманом, как сорока, тащил все подряд. Обнаружено множество краденого. Не крупного и значимого, а всякой мелочовки, вроде часов и украшений. Мы занимаемся проверкой, но нет сомнений, что многое обнаружится в списке пропаж в этой местности в прошлом году.
— Примерно в то время, когда обчистили Крик-Хаус? — уточнил я.
Кларк утвердительно кивнула.
— Похоже, вы были правы, когда предположили, что это было дымовой завесой. Портер должен был знать, что в компьютере Эммы Дерби хранятся копии фотографий, но не хотел, чтобы кражу в доме Траска посчитали целенаправленной. У него компьютеров не нашли, видимо, он от них избавился. Зато за отставшим плинтусом обнаружили флешку. Мы продолжаем изучать файлы, но среди них есть сфотографированные в окно телевиком снимки, которыми шантажировали Лео Уиллерса. Как он переодевается в женское платье. Есть также видео. Наверное, с камеры, унесенной Марком Чэплом с работы. Но качество плохое, почти ничего нельзя разглядеть.
— Саму камеру так и не нашли?
— Пока нет. Портер был слишком смышлен, чтобы хранить у себя вещи, которые указывали на Эмму Дерби. Но фотографии сохранил. Не исключено, что замышлял когда-нибудь воспользоваться ими сам.
Портер пришел в негодование, когда я предположил, что он шантажист. Но он так же отрицал, что он вор. Хотя не считал себя ни тем, ни другим, оставлял себе возможность выбора, если бы решил передумать.
— Он сказал мне, что не собирался после всего, что сделал для Уиллерсов, пускать дело на самотек. Как вы полагаете, что он имел в виду?
Кларк подняла пластмассовую чашку с чаем и задумалась. Затем с кислой миной откинулась на спинку стула.
— Не уверена, вся ситуация выглядит странно. Лео Уиллерс и Портер относились друг к другу явно с прохладцей, но это не помешало сэру Стивену отправить шофера подчищать в доме, когда стало ясно, что мы собираемся туда с осмотром. И зачем поручать водителю отдавать шантажистам полмиллиона фунтов, а не посылать кого-нибудь из охраны?
— Портер работал на сэра Стивена двадцать с чем-то лет. Видимо, завоевал доверие.
Кларк скептически покосилась на меня.
— Пусть так. Но сэр Стивен не произвел на меня впечатления наивного человека. А Портер не из тех, кого назвали бы надежным и заслуживающим доверия. Как нам известно, он прикарманил деньги босса. И у него было много мелочовки явно из дома Лео: серебряные столовые приборы, золотые запонки, профессиональный цейсовский бинокль, все такое. Почему умудренный жизнью бизнесмен доверился нечистому на руку шоферу?
Я потер щеку, пытаясь упорядочить мысли. Кларк сказала правду: концы не сходились с концами. Но я не мог понять, где именно.
— Что говорит сам сэр Стивен?
— По поводу того, что нанятый им шофер оказался серийным убийцей, а сын, восстав из мертвых, превратился в женщину? — Кларк с такой силой оттолкнула чашку, словно та была в чем-то виновата. — Он никак не комментирует положение с Лео, хотя ему наверняка известно, что его сын трансгендер, иначе он не препятствовал бы нам, когда мы хотели ознакомиться с его медицинской картой. Может, считает, что сын, в самом деле, убил Эмму Дерби. Это объясняет, почему он с таким упорством пытался нас убедить, что Лео мертв. Сэр Стивен понимает, стоит разворошить муравейник, начнется такое, чего всеми силами лучше избежать.
— А о Портере?
— О нем вообще почти ни слова. Его адвокаты повторяют, что их клиент потрясен, и настаивают, что он не отвечает за действия работника, когда тот не выполняет служебных обязанностей. Еще подчеркивают, что машина сэра Стивена была украдена, поэтому его самого следует считать жертвой.
— Вы шутите?
— На полном серьезе. Предложила им обратиться в «Организацию поддержки жертв», но вот потеха, они отказались. — Кларк презрительно фыркнула. — Что касается шантажа, они ничего не подтверждают и не отрицают. У меня ощущение: если они в курсе, что сэр Стивен согласился на условия шантажистов, они всячески хотят это скрыть.
— У них получится?
— Могут попробовать. Кроме версии Портера, нет других свидетельств, что Дэрби и Чэпл в самом деле шантажировали сэра Стивена. И даже она представлена не из первых уст.
Мне сделалось противно. Шантажировали отца Лео или не шантажировали, я не испытывал к нему ни малейшего сочувствия. В нем чувствовалась неестественная холодность и высокомерная убежденность в собственной предназначенности, ставящей его выше закона. Хотя с его деньгами и связями, вероятно, так и было.