Арвидус внимательно записал что-то в свой блокнот.
— Уже спросили. Подтверждают. — Он поднял на меня взгляд, и в его глазах было нечто тяжелое. — А вы не слышали о подобных смертях в округе? Молодые девушки из благополучных семей. След инъекции на шее.
Меня будто ударило током.
— В округе? Нет. Здесь об этом впервые.
— Не в округе, — поправился он, понизив голос так, чтобы не слышали другие. — В Стальгороде. За последние три месяца — три таких убийства. Идентичные. Тот же почерк. Тот же… профессионализм.
В воздухе повисло молчание. Три убийства. Серийный убийца. И его след привел сюда, к моему трактиру. Ко мне.
— Вы считаете, что он… здесь? — тихо спросила я.
— Я считаю, что он был здесь, — поправил Арвидус. — И, возможно, еще вернется. Или… — его взгляд стал пронзительным, — …он уже здесь. Под маской кого-то из местных.
Он отодвинулся от стойки.
— Будьте осторожны, хозяйка. Вы слишком много знаете. И слишком много умеете. Для трактирщицы. — Он кивнул на прощание и вышел, оставив меня одну с леденящим душу осознанием.
Я медленно опустилась на табурет, глядя на дверь, которая только что закрылась за ним. Он не сказал этого прямо, но намек был прозрачен. В его глазах я была не только свидетельницей. Я была подозреваемой. Или… потенциальной жертвой.
Мой взгляд упал на дверь в подсобку, за которой лежали новые, безупречные инструменты. Они должны были служить жизни. Но теперь я понимала, что в мире, где бродит тень, оставляющая на шеях аккуратные проколы, даже самые острые скальпели не могут гарантировать безопасности. Тень эта была умна, методична и… знала толк в анатомии. Возможно, не хуже меня.
Глава 14
Осознание, что ты живешь в одном поселке с серийным убийцей, меняет все. Теперь каждый скрип двери, каждый незнакомый силуэт в сумерках заставлял сердце сжиматься. Но страх — плохой советчик. Я заставила себя думать, анализировать. Как врач. Как логик.
Инструменты от Фрола лежали в подсобке, холодные и совершенные. Но против магии, если это была она, сталь была бессильна. Нужно было понять, с чем я имею дело.
Я стала расспрашивать. Осторожно, между делом, подавая пиво или перевязывая рану. Слухи текли рекой. Одни говорили, что это «теневой вурдалак», высасывающий душу через укол. Другие — что это месть отвергнутого жреца из культа забытого бога. Все сходились в одном: убийца использовал магию. Только ею можно было объяснить отсутствие борьбы, идеальный прокол и яд, не оставляющий следов в теле, которые смог бы найти обычный лекарь.
Следователь Арвидус, появляясь время от времени, лишь хмуро подтверждал: следов обычного яда нет. Но и магический след, если он и был, оказался на редкость «чистым» — его невозможно было идентифицировать. Убийца был не просто профессионалом. Он был искусным магом.
Эта мысль заставила меня по-новому взглянуть на мои скромные познания в местной флоре. Я изучала травы, чтобы лечить. Но любое знание — палка о двух концах. «Огненный зуб», отвар которого я использовала для стимуляции кровообращения, в большей дозе вызывал паралич. «Слеза русалки», успокаивающая кашель, могла ввести в глубокий сон, граничащий с комой.
Я сидела вечером над своими склянками, перебирая их. Возможно, убийца думал так же? Не как мясник, а как… фармацевт. Алхимик. Тот, кто видит в травах не просто «целительную силу», а химическую формулу, набор свойств.
И тут меня осенило. Склянка, найденная рядом с телом. Пустая. Ее выбросили, чтобы все выглядело как самоубийство. Но что, если это был не просто спектакль? Что, если это была… улика? Нечаянная или намеренная?
Я закрыла глаза, пытаясь вспомнить ту утреннюю сцену во всех деталях. Склянка. Маленькая, из темного стекла. Без этикетки. Но на донышке… было что-то? Какой-то знак? В памяти всплыла крошечная, едва заметная гравировка. Спираль. Почти как завиток на раковине.
Я вскочила и бросилась к своему сундуку с травами. Я перебирала пузырьки и свертки, купленные у разных торговцев. И нашла. Небольшой пузырек с сонной настойкой, купленный у странствующего алхимика пару месяцев назад. Он хвалил ее как «самую чистую в округе». И на донышке была такая же крошечная спираль.
Ледяная дрожь пробежала по коже. Этот алхимик. Он появлялся в поселке несколько раз. Молчаливый, в капюшоне. Его никто не знал. Он продавал зелья и уезжал.
Я почти физически ощутила звонкую, хрустальную нить, протянувшуюся между пустой склянкой у мертвой девушки, пузырьком в моем сундуке и таинственным незнакомцем. Это была лишь теория. Но первая за все время теория, имеющая под собой почву.