Внезапно воздух содрогнулся от низкого гула. Яркая вспышка синего света ослепила нападавших. Рука, державшая меня, ослабла, и я услышала сдавленный крик. Моего похитителя отбросило в сторону, как тряпичную куклу.
Я едва устояла на ногах, тяжело дыша. Когда зрение адаптировалось, я увидела Калена.
Он стоял посреди узкой улочки, его рука была вытянута вперед, а пальцы сжимали сгусток магической энергии, испускающей угрожающее свечение. Его лицо, освещенное этим неестественным светом, было искажено холодной яростью, которую я никогда раньше не видела. Двое других нападавших лежали без сознания рядом с оглушенным, но живым Лордом.
— Троньте ее — и умрете, — его голос прозвучал тихо, но с такой леденящей душу убежденностью, что по моей коже побежали мурашки.
Он не сводил с меня глаз, медленно опуская руку. Энергия рассеялась, и снова наступила темнота, теперь еще более зловещая.
— Вы… как? — с трудом выдохнула я, все еще не в силах пошевелиться.
— Я велел страже докладывать о вашем перемещении, — коротко бросил он, подходя ближе. Его взгляд скользнул по мне, проверяя, цела ли я. — Когда Лорд не вышел на связь… я почувствовал неладное.
Он был рядом в двух шагах. Адреналин все еще пульсировал в крови, заставляя дрожать колени. Я видела, как его грудь тяжело вздымается, выдавая собственное напряжение. Ярость в его глазах медленно уступала место чему-то иному — глубокому, неистовому облегчению.
— Вы не ранены? — спросил он, и его голос смягчился, потерял официальные нотки.
Я могла только молча покачать головой, не в силах отвести от него взгляд. Вся стена отчужденности, что мы так тщательно выстраивали, рухнула в одно мгновение. Он рисковал, использовал магию в людном месте, чтобы спасти меня. Не свидетеля. Не подозреваемую. Меня.
Он подошел еще ближе, сократив дистанцию до нуля. Его рука поднялась, и на мгновение мне показалось, что он коснется моего лица. Я замерла, сердце заколотилось с новой силой, предвкушая это прикосновение.
Но он лишь сжал кулак и опустил руку. Его взгляд, темный и невероятно интенсивный, скользнул по моим губам, затем снова встретился с моим.
— Мариэлла… — прошептал он, и мое имя на его устах прозвучало как признание. — Если бы они причинили вам вред…
Он не закончил. В его голосе дрожала такая неуемная, такая готовая вырваться нарушу ярость, что мне стало страшно. И… сладко.
Мы стояли так, в нескольких дюймах друг от друга, в темном переулке, окруженные безмолвием и последствиями только что отгремевшей битвы. Воздух трепетал между нами, густой и тяжелый от невысказанных слов, от желания, которое мы оба чувствовали, но не решались озвучить.
Он спас меня. Не как следователь. И это меняло всё.
Первым очнулся Лорд. Его стон заставил нас отпрянуть друг от друга. Маска служебной строгости мгновенно вернулась на лицо Калена.
— Гарс уже в пути с подкреплением, — сказал он, и его голос снова стал ровным и командным. — Вам нужно немедленно в безопасное место.
Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Но в ту ночь, лежа в постели и прислушиваясь к каждому шороху за дверью, я думала не о нападении, а о его глазах в темноте. О том, как он произнес мое имя. И о том, что между нами произошло нечто гораздо более опасное, чем любое нападение. Нечто, что уже нельзя было игнорировать.
Глава 37
На следующий день моя квартира напоминала штаб. Кален распорядился установить дополнительные защитные чары на окнах и дверях. Гарс и Лорд, чувствуя свою вину за вчерашнее происшествие, дежурили с удвоенной бдительностью, их лица были мрачны.
Сам Кален появился ближе к полудню. Он вошел, отдав несколько тихих распоряжений страже, и его взгляд сразу нашел меня. Мы не говорили о вчерашнем вечере, но напряжение витало в воздухе, осязаемое, как запах грозы перед дождем.
— Труннодини, — начал он, отводя меня в сторону, подальше от любопытных ушей. Его голос был низким и деловым, но в глубине глаз таилась тень той же ярости, что я видела в переулке. — Нападавшие были наемниками. Дешевые громилы с подворотни. Их наняли за пару серебряных монет через третьи руки. Проследить источник невозможно.
— Лукан, — без колебания заключила я. — Он пытается устранить угрозу.
— Или его мать, — мрачно добавил Кален. — Алиана могла решить, что вы знаете слишком много, и попытаться убрать вас до того, как сын наделает еще больших глупостей. Но наемники… это не его почерк. Он предпочитает изящные методы. Яд. Интриги.