Девушка не переставала ругать себя за глупость. И трусость.
Воспоминания о прошлой жизни не оставляли ее в покое. Как будто над ней продолжало висеть лезвие гильотины.
Элиза знала, что должна посмотреть своим страхам в глаза. Если она продолжит избегать трудностей, то пожалеет об этом.
«Знаю. Я сама все знаю. Понимаю, какая я глупая и трусливая!»
Элиза тяжело вздохнула. Линден подумал, что она мучается из-за болезни, и обнял ее еще крепче. Девушка снова закрыла глаза, сосредоточившись на ощущениях. Ей было тепло.
Она погрузилась в сон, а Линден смотрел на нее, не разрывая объятий.
«Элиза».
Принц погладил ее по волосам. Девушка вздрогнула, будто от испуга, но тут же успокоилась.
– Не болей, – произнес Линден. – Мне больно видеть, как ты страдаешь.
На следующий день состояние Элизы не улучшилось. Температура поднялась еще выше. Отдых не помог, но она все равно делала вид, что все в порядке.
– Мне уже лучше.
Но Линдена было не так просто провести.
– Не ври мне.
– Я в порядке. Сами посмотрите!
Элиза бодро встала с места, но тут же пошатнулась и упала обратно. Линден успел поймать ее в свои объятия.
– Ваше высочество. – Элиза снова залилась краской.
– Как ты можешь быть в порядке, если у тебя такой жар? Разве не знаешь, что врать – это плохо?
– Я правда в порядке.
Линден недовольно посмотрел на сопротивляющуюся девушку. Ему не нравилось такое поведение. Поэтому, поддавшись эмоциям, он обвил рукой ее шею и нагнулся ближе, касаясь лба девушки своим.
Элиза замерла, почувствовав его дыхание так близко к себе. Линден и сам удивился такой смелости. Он нервно сглотнул. В горле будто бы пересохло, когда он посмотрел на ее приоткрытые красные губы. Линден ощутил сильное желание коснуться их своими и почувствовать, такие ли они мягкие, как кажутся.
– Ваше высочество… – дрожащим голосом позвала Элиза.
Линден тут же отстранился и, закашлявшись, ответил:
– И давно у тебя такой горячий лоб?
– А? Да… – Девушка испуганно кивнула, услышав внезапный вопрос.
– Останемся здесь еще на день.
– Но…
– Ничего, врагов поблизости все равно не видно. Вероятно, они ожидали, что мы двинемся в другом направлении.
Горы Украинского хребта были высокими и суровыми. И искать двух человек среди этого горного массива – все равно что иголку в стоге сена.
«Если не догадаются, по какому маршруту мы идем, нас ни за что не найдут».
Обманщику Скорпиону, генерал-лейтенанту Гюго и республиканским солдатам будет тяжело их отыскать, потому что Линден заранее продумал маршрут, сложный для обнаружения.
– Мы можем отдохнуть еще день. Поправляйся.
– Хорошо, ваше высочество.
Элизе пришлось согласиться. На самом деле она не могла думать ни о чем, кроме момента, когда они соприкоснулись лбами.
– Отдыхай. Я осмотрюсь и вернусь к тебе.
– Да, ваше высочество.
После того как принц вышел из пещеры, Элиза тяжело вздохнула.
«Как же быть?»
Рядом с ним она не могла сохранять спокойствие.
Вскоре Линден вернулся в пещеру.
– Поблизости никого нет, можешь отдыхать.
– Хорошо…
Весь день юноша не прекращал заботиться об Элизе: укутывал ее одеялом, давал лекарства, даже приготовил ей кашу. Время от времени он выходил, чтобы убедиться, что в округе нет республиканцев.
Элиза находилась в тепле, но еще теплее было у нее на душе. На Земле она была сиротой, о ней некому было заботиться. Даже во время болезни ей приходилось ухаживать за собой самостоятельно.
Девушка спрятала лицо в ладони, чувствуя, что вот-вот заплачет: искренняя забота других была для нее непривычна.
«Какая же я глупая».
Ее малодушие не давало ей набраться смелости и оставить нависающее лезвие гильотины в прошлом.
Но прямо сейчас она могла наслаждаться моментом.
На побережье Черного моря, вблизи Византии, капитан военно-морских сил Республики Франс Шарль обратился к адъютанту, находящемуся в рубке вместе с ним:
– Сколько осталось до Крымского полуострова?
– Думаю, еще пять дней, капитан.
– Какой густой туман… Нужно соблюдать осторожность, чтобы не сесть на риф.
– Да, капитан.
Сквозь туман в сторону Крымского полуострова двигались порядка десяти кораблей – подкрепление Франс.
– Говорят, дела плохи.
– Верно.
– Не к добру это.
Шарль достал сигару. Эта война с самого начала истощала их силы. Выход к Черному морю был важен, но призыв сорока тысяч солдат наложил свой отпечаток на общественное спокойствие в Республике. А если теперь эта война будет проиграна? Страшно представить последствия такого шторма. Симон Николас тридцать лет правил Республикой. Если он потерпит поражение, то ему, вероятно, придется отказаться от власти.