Выбрать главу

- Потому что он дурак! – припечатывает Саша и дуется.

- Он ей пообещал письку показать! – сдает товарища Даша. – Сашка ему свою два раза показала, а Лева ей сказал, что ему мама не разрешает письку показывать! А я видела! У него там трубочка, и он через нее писает!

- А я тоже хочу посмотреть! – восклицает Александра, резко дергая меня за руку. – Почему Дашка видела, а я нет? А когда у меня такая вырастет? Я тоже хочу стоя писать!

- Даша? – я поворачиваюсь к Дарье и замедляю шаги.

Та мгновенно тушуется и показывает сестре кулак. Плакал мой спокойный вечер перед телевизором за просмотром сериала. Не дадут эти двое спокойствия матери сегодня.

- Ну, - мямлит она, - я случайно в туалет зашла, когда он там был.

Конечно, ни о какой случайности речи быть не может. Где Дашуля и где случайность! Поэтому мама Льва совершенно права, лучше эту троицу разделить.

Я поворачиваюсь к Александре.

- Саша, - начинаю я не предвещающим ничего хорошего голосом, - что я говорила о том, чтобы не показывать посторонним ничего лишнего?

- Лева не посторонний! – тут же вскидывает она на меня свои голубые глаза и невинно ими хлопает. – Я его знаю всю жизнь.

Крыть тут нечем. Мы с мамой Льва отдали детей в ясли в один месяц. И эта троица моментально спелась. Порой я думала, что бог мне хотел послать тройню, но одного зачем-то подсадил другой женщине, потому что даже внешне малыши оказались похожи – все блондины с льняными кудрями, голубоглазые, светлокожие и шкодные донельзя.

У меня даже головная боль прошла, честное слово! С этими девицами нельзя себе позволять болеть ни секундочки.

- Но ты же понимаешь, что он мальчик, а мальчикам видеть голеньких девочек нельзя! – я даже останавливаюсь, чтобы донести до дочерей простую истину.

От просмотра голеньких девочек у мальчиков могут возникнуть совершенно естественные желания, которые приводят потом к рождению вот таких вот сладких куколок.

- Понимаю, - покладисто вздыхает дочь. – Я больше не буду.

Врет. Если моя Сашка что-то задумала, то остановить ее нельзя ни в коем случае. Прет как бульдозер, не останавливаясь ни перед чем.

- Больше не будешь пробовать, пока тебе не исполнится восемнадцать, договорились? – уточняю я, специально акцентируя на возрасте.

- Договорились, - после паузы кивает хмуро дочь. – Пошли уже, а то скоро ночь, а ты еще не отдохнула!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Поняли, да, всю хитрость этой лисы? Пока я отдыхаю после работы, они смотрят мультики. Я им разрешаю целый час, иначе просто не в силах быть адекватной мамой. И Саша использовала словосочетание «маме отдыхать», а не «смотреть мультики». Будущий дипломат!

Дома я действую автоматически – кидаю грязное белье в корзину, переодеваю девчонок в домашнее, сама натягиваю длинную футболку и иду в кухню. Они уже поужинали в садике, а вот мне только предстоит почревоугодничать, и сейчас я достаю из холодильника остатки вчерашней трапезы – запеченную курицу и картошку, потому как готовить что-то нет сил – утренняя мигрень напрочь меня вымотала. Да еще и мысли о Соломатине, что терзали весь рабочий день, несмотря на то что я его больше не видела. Запах его духов будто въелся под кожу, и я даже сейчас ощущала отголоски, понимая, что скорее всего придумала себе это, но все равно мурашки ползли по моей шее, едва я вспоминала, как он трогал ее.

Слишком давно я была одна. Шесть лет. Без мужчины.

Отец близняшек сбежал еще до их рождения. Вернее, сбежал – это слишком просто сказано. Он повел себя как последний мудак, и я даже не хотела вспоминать о нем. Мы развелись, когда я была на четвертом месяце беременности, он знал о рождении девочек, но ни разу не захотел их даже увидеть, хотя жил в соседнем с моей мамой дворе… До сих пор он выносил мусор в те же контейнеры, ходил в тот же магазин, но даже не поинтересовался именами дочек, встречая их бабушку. Отец-молодец. Честно говоря, я иногда смотрела в соцсетях на него. Холеный. Красивый. Все еще холостой. Вообще удивляюсь, с чего он решил на мне жениться тогда. Брак наш продлился всего пять месяцев и ничего, кроме девчонок, хорошего не принес. Ну да и ладно, чего вспоминать.