Отшатнувшись, сжимаю телефон липкой рукой и в панике несколько раз включаю и выключаю его, не зная, что мне делать. Вызвать полицию? Но что я скажу? Что мой бывший муж стоит под окнами моей квартиры и смотрит? Они только посмеются над этим.
Не зная, что делать, медленно опускаюсь на стул и глубокими вдохами пытаюсь привести мысли в порядок. Приди в себя, Алена, не будь размазней! Он никак не сможет проникнуть в квартиру, дверь хозяева поменяли на надежную, замок крепкий, а если станет ломиться, то тогда уже соседи вызовут полицию, которая точно приедет!
Я еще раз на цыпочках крадусь к окну и выглядываю в щель между шторами.
Курит!
Такое впечатление, что не сдвинулся ни на миллиметр.
В панике включаю мессенджер и пишу Коле: «Он здесь!».
Не проходит и пары секунд, как телефон начинает вибрировать от входящего вызова, высвечивая его имя.
- Алло! – голос изменяет мне, и я даже морщусь, понимая, что, наверное, выгляжу в глазах того, кому хотела понравиться, тряпкой.
- Ален, он ломится к вам или что? – Николай разговаривает бодро, явно еще не спал.
- Нет, просто стоит под окнами и смотрит, - я немного успокаиваюсь и уже могу мыслить критически. – Я просто боюсь, вдруг он тут до утра пробудет. Мы же не сможем выйти из квартиры даже.
- Сможете, - отвечает мужчина. – И не утром, а прямо сейчас. Собери девочкам и себе вещи, я выезжаю. Заберу вас к себе, а завтра будем решать, что делать.
- Я не готова, - шепчу ему, но в ответ уже тишина.
Он едет. Просто посторонний мужчина, готовый прийти на помощь. И что мне делать?
Набираю маму и слышу ее сонный голос. Быстро обрисовываю ситуацию и спрашиваю совет.
- Ален, даже думать нечего – в вашей квартире ты в опасности, - я даже будто вижу, как мама хмурится. – Так и знала, что от этого скотомудилища любой пакости можно ожидать. Хорошо, что он хоть в свидетельство не вписан, ему будет сложнее доказать, что он отец, по прошествии стольких лет. А ты даже не думай, езжай к этому своему Николаю и будь спокойна. Я завтра позвоню Сереже, узнаю, есть ли возможность вас с собой забрать. В Сочи жилье дорогое, но хотя бы на первый взнос хватит. Или в Краснодар поедете с девочками, все ближе ко мне.
Успокоившись от разговора с мамой, я включаю свет в прихожей и достаю с антресолей большую сумку, которой мы пользовались, когда ездили в санаторий два года назад. Много вещей брать не буду, только самое необходимое на первые дни, потом можно забрать остальное или действовать по обстоятельствам.
- Мам, что случилось? – Даша, разбуженная шорохами, выходит из комнаты, трет глаза от яркого света, щурится.
Маленький растрепанный гномик. Мне хочется расплакаться от собственного бессилия, я встаю на колени и прижимаю ее к себе.
- Сейчас приедет дядя Коля, заберет нас, мы какое-то время поживем у него, - говорю тихим голосом, чтобы не разбудить Сашу, хотя ей тоже нужно вставать.
- А зачем? – дочь смотрит серьезно и врать ей совсем не хочется.
- Ваш отец угрожает мне, - говорю просто, как есть. – И ситуация, похоже, вышла из-под контроля, так как он выследил, где мы живем, и сейчас караулит под окнами.
Даша не отвечает, хмурясь и пытаясь спросонья осознать, что я ей говорю.
- А дядя Коля будет нашим папой? – внезапно спрашивает она и кладет свою ручку мне на плечо. – Или что?
- Нет, - я качаю головой и вздыхаю, - конечно, он не ваш папа и никогда не сможет им стать, он просто помогает нам. Он большой и сильный, он сможет нас защитить.
- И красивый, - внезапно выдает Даша, отстраняется от меня и идет в кухню. – Я посмотрю, где этот… козел.
Она взбирается на табурет и отодвигает штору.
Виталий никуда не ушел. Он сместился на лавочку, я вижу, как в его руке светится экраном телефон, а затем он снова поднимает голову и смотрит на наши окна, замечая силуэт Даши, машет рукой, отчего мой маленький храбрец показывает в ответ ему кулачок.
- Не дождешься! – бурчит она, потом слезает и идет в спальню будить Сашу, что-то ей там объясняет, пока я пытаюсь сообразить, каких вещей нам будет достаточно.
Звонок в дверь раздается, когда я уже пытаюсь застегнуть сумку.