Хотя Фаркухарсон и набросился на него с вопросами, каким образом Гримсдайку удалось провести профессуру и получить диплом, и когда он, черт возьми, собирается приступить к работе, Гримсдайк все продолжал держаться со стариком как любимый племянник. Лишь когда речь его дяди окончательно свелась к потоку междометий, ни одного из которых я здесь привести не в состоянии, Гримсдайк предложил мне улизнуть в "Четыре подковы".
- Биржа, похоже, снова процветает, - как бы между прочим заметил я, когда мы вошли в паб.
- Биржа-то? - встрепенулся Гримсдайк. - Ах, да, разумеется. Пока держится. Да, кстати, старичок, я ведь, кажется, должен тебе пару монет? Хочешь - могу сейчас отдать. Ничего, что у меня одни пятерки? Сигаретой угощайся - тебе, по-моему, нравятся эти черные русские торпеды. А теперь давай закажем выпивку. Чем тебя угостить?
- Пинтой горького.
- Как, пиво? Что за глупости? Нет уж, мы будем пить шампанское. Такой повод - рождение нового медицинского тандема. Помнишь - Бантинг и Бест, Флоури и Флеминг, Орт и Петтенкофер?
- Что ты несешь?
- Потерпи минутку. Эй, хозяин! Нам - вашего лучшего шампанского!
В следующую минуту выяснилось, что хозяин имел право торговать только пивом, поэтому вместо "Вдовы Клико" или "Дом Периньона" нам пришлось довольствоваться домашним элем, специально выдержанным с Рождества.
- Так в чем дело? - твердым голосом спросил я, нисколько не желая втягиваться в очередную авантюру, которую наверняка уготовил для меня Гримсдайк.
- Ты уже сдавал экзамен? - спросил он.
- Да. Экзаменаторы меня не поняли.
- Коль носишь власяницу, не ропщи на щекотку, - высокопарно изрек Гримсдайк. - Кстати, тебе не удалось выяснить, где печатают экзаменационные билеты? В типографиях есть ребята, которые за пару гиней душу дьяволу продадут.
- Вообще-то, по большому счету, я вовсе не готов пожертвовать профессиональной честностью, - вдруг, сам того не ожидая, выпалил я.
- Вот и умница. Лично я свято уверовал в профессиональную честность с тех пор, как узнал от Плюгавца Мориса, сколько раз тот сдавал заключительный экзамен. Прорвался он, по-моему, с восьмой попытки. Ты же знаешь, как они подбирают трудных пациентов с заковыристыми диагнозами - по всем лондонским клиникам рыщут в поисках подходящих хроников. Так вот, старина Морис пару месяцев шатался по больницам и госпиталям, пока наконец не преисполнился уверенности, что выучил диагнозы всех трудных больных и запомнил их физиономии. И на экзамен он отправился, напевая себе под нос и посвистывая, свято убежденный, что уже заранее знает, кто чем болен.
- При чем же тут честность? - не выдержал я.
- Сейчас поймешь. Экзаменатор схватил Мориса за рукав и, к вящему ужасу моего приятеля, потащил его к кровати, на которой возлежал единственный пациент, которого Плюгавец прежде и в глаза не видел. И вот для Мориса настал момент истины. "Сэр, - торжественно промолвил он, - я считаю своим долгом известить вас, что уже однажды обследовал этого пациента в больнице и его диагноз мне известен." Сраженный наповал такой героической откровенностью, старый экзаменатор прошамкал: "Спасибо за искренность, молодой человек. Посмотрите тогда вот этого". И Морис сдал.
- Здорово, - восхитился я. - Теперь объясни, какое злодейство ты замыслил на сей раз...
- Кстати, я забыл тебе сказать, что мы с тобой уже расквитались с долгами и вырвались из лап этих саблезубых тигров Вилсона, Верескилля и Возлюблингера.
- Мы?
- Не далее как вчера я забежал к ним, чтобы швырнуть им в морды их презренное злато. Мне это так понравилось, что я и за тебя швырнул. Вот расписки - держи. Предлагаю устроить торжественное сожжение в баре "Пикадилли". Гекатомбу. Как ты на это смотришь?
- Послушай, - вдруг спохватился я. - Надеюсь, ты не участвуешь в какой-нибудь афере? Я имею в виду фальшивые дипломы, подпольные аборты или что-нибудь ещё в этом же роде.
Гримсдайк болезненно скривился.
- За кого ты меня принимаешь, старичок? Мои самые крупные аферы никогда не выходили за пределы экзаменационной аудитории. Нет, старичок, тут все просто. Так и быть, раскрою тебе тайну. Благодаря старым фамильным связям, я устроился на выгодную должность. Личным врачом самой леди Хоукинс - вдовы того самого деятеля, который прибрал к рукам пол-Йоханнесбурга и долгое время добывал едва ли не половину мирового золота. Старушенция обитает в роскошном замке возле Глостера. Скупа, как последний сборщик налогов, но придворного лекаря жалует. Меня то есть...
- Ты что, альфонсом, что ли, заделался? - ухмыльнулся я. Врачом-жиголо?
Гримсдайк гневно шмякнул стаканом о стол.
- Я твои долги оплачиваю, а ты...
- Прости, старина, - улыбнулся я. - Но сам признай - что бы ты подумал на моем месте? Тем более, что до сих пор репутации сэра Галахада за тобой не водилось.
- Послушай, леди Хоукинс уже девяносто четыре! - взорвался Гримсдайк. - К тому же она совершенно чокнутая. Счастье только, что она, как и моя покойная бабуля, совершенно помешана на врачах. Мне достаточно только прохрюкать что-нибудь о чудесах современной медицины, почерпнутое из "Ридерс дайджеста", и она уже счастлива. Непонятные термины приводят её в телячий восторг. А про какие-нибудь изотопы или гастроскопы она знает больше нас с тобой. Жаль, что бедняга на ладан дышит. Того и гляди, ноги протянет.
- И тогда ты останешься без работы.
- Да и нет. Мне уже рассказали, что старуха завещала мне кругленькую сумму. Представляешь, старик - тысячи фунтов, свободных от налогообложения, как выигрыш в лотерею! И вот тут-то в игру вступаешь ты. Махнем куда-нибудь на Багамы и откроем маленькую частную клинику для усталых газетных магнатов, кинозвезд и так далее. Ты со своим парк-лейнским шиком станешь принимать клиентов, а я возьму на себя все организационные хлопоты. Согласись, старичок, денежки я считать умею, хотя и аппендикс от аденоидов пока ещё отличаю. Что скажешь?
- А что я могу сказать? - пожал плечами я. - Ведь все это так внезапно...
- Обдумай, время есть. Ты собираешься в следующем месяце прийти на вечер встреч в Св. Суизин?
Я молча кивнул.
- Тогда вернемся к этому разговору там. Только не думай, что я призываю тебя пировать на награбленные богатства. Я обхаживаю старушку по высшему классу, а при малейшей необходимости вызываю самых лучших специалистов. Да и вообще - многие люди завещают деньги своим докторам, добавил Гримсдайк. - Еще выпьем?