От безделья он вдруг решил позвонить Дженис Сильвер. Все еще действовал по своему плану, согласно которому ее работа с Жаклин должна продолжаться, независимо от случившегося или не случившегося за последнее время, и хотел, чтобы она узнала о духах.
– Ничего, если я спрошу, что она делала у тебя в квартире?
Он рассказал о встрече в ресторане и о Джекки Блэк. В трубке повисло молчание. На улице внизу прогрохотал трамвай.
– Я не знаю, Элдон, – наконец сказала Дженис. – Как-то все получается не очень здорово.
– Я увидел человеческую душу в беде. И принял решение помочь.
– Вроде как мы оба приняли такое решение. И, возможно, теперь не понаслышке узнали, почему нам говорят так не поступать. Боже мой, что ты собираешься делать, когда этот человек… ее муж… придет за тобой?
– Я вовсе не намерен с ней видеться, – сказал Шанс. – В частном порядке или как врач. Я надеялся устроить так, чтобы терапия продолжалась, пока я ищу ахиллесову пяту этого мужика.
– И как ты собираешься все провернуть?
– Если честно, пока не знаю.
Снова последовала длительная пауза.
– Ты затеял опасную игру, – в конце концов сказала Дженис. – Вдвойне опасную. Из-за него и из-за нее. Я это тебе как друг говорю. А что касается терапии, вот что я придумала. У дочери моего друга проблемы с алгеброй. Так что мы можем попытаться. Но, как ты понимаешь, любые возможные улучшения довольно сильно зависят от того, сможет ли она выйти из отношений, из-за которых возникли проблемы.
– Это так. Но я еще думаю… может быть, не этот мужик – альфа и омега ее болезни. Она не говорила ничего такого, что могло бы навести на мысль о жестоком обращении в детстве?
– Она думает, что у нее замечательное детство.
– Она думает, но это необязательно так.
– Как тебе хорошо известно, в сложившихся обстоятельствах нужно быть поосторожнее с предположениями.
– Насколько я припоминаю, ее родители умерли, им иск не предъявишь. Ее реакцию на запах я просто не могу игнорировать. Как будто там что-то спрятано, похоронено, что-то, о чем она пока не хочет говорить, возможно, даже не хочет осознавать… А потом она сразу убежала. На улице уже ждало такси. Я вряд ли смогу раскопать, что там такое, но, думаю, ты сможешь. Я бы с удовольствием передал тебе эти духи.
– Это твоя территория, Элдон, но позволь мне самой решать.
– Интересно, что аромат, о котором идет речь, женский. А ведь, судя по нашим сведениям, запах, спровоцировавший бегство, должен был быть мужским.
Дженис вздохнула, прежде чем на это ответить.
– Мы с ней встречались ровно шесть раз. По большей части прорабатывали поведенческие линии… стратегии, с помощью которых она сможет сказать мужу «нет». С моей точки зрения, мы очень мало знаем о ее истории.
– Может, мы сумеем как-то это изменить.
Дженис снова вздохнула.
– Да, Элдон, может быть. Но сейчас меня ждет пациент.
Повесив трубку, Шанс вернулся к своему первому заключению по Жаклин Блэкстоун и еще раз перечитал его. То было длиной всего в шесть страниц. Жаклин направили к нему из Стэнфордской неврологической клиники с жалобами на провалы в памяти и сложности с концентрацией. Биографические сведения отличались скупостью. Родилась в городе Виргиния-Бич, штат Виргиния, с высокими отметками окончила школу в Сан-Хосе, штат Калифорния, потом колледж в Сан-Диего, где она специализировалась в области прикладной математики, родители умерли, три года замужем за Реймондом Блэкстоуном. Детей нет, во всяком случае, так она сказала для отчета, хоть и сообщила о закончившейся выкидышем беременности в возрасте тридцати двух лет. Конечно, Шанс и раньше все это видел, но то было давным-давно. Появление Джекки Блэк сильно подняло ставки.
После выкидыша она год работала с психотерапевтом, Майрой Коэн, а потом доктор Коэн внезапно скончалась. Больше об этом ничего не было, во всяком случае здесь – во время их первой встречи она не стала больше ни о чем говорить, а он и не спрашивал. Однако же, читая сейчас о докторе Коэн, он увидел нечто, что до сих пор упускал из виду.