– Что же, сохраним свои секреты, – предложила Мэри. – Только помни одно: если даже завтра Фрэнк женится на другой, у меня не возникнет оснований его обвинять. В моем понимании он свободен и может выбрать любую леди. Можешь так ему и передать. Но помни, Триши: все остальное было сказано только тебе.
– Да, конечно, но мне очень, очень грустно! – с досадой воскликнула Беатрис. – Пришла к тебе такой счастливой, а ухожу едва ли не в слезах.
Так закончился тот необычный разговор, которого мисс Грешем ждала с большим нетерпением.
– Не переживай из-за меня, дорогая, я справлюсь. Порой мне кажется, что я родилась для испытаний: несчастья сами меня находят. Поцелуй меня, Триши, и больше не расстраивайся. Мистеру Ориелу ты нужна довольной, веселой и счастливой.
Подруги расстались.
Выходя из дома, Беатрис увидела доктора Торна в лаборатории справа по коридору: тот был погружен в какое-то механическое действо аптекарского ремесла, возможно, готовил микстуру от кашля для ребенка. Если бы можно было пройти мимо незамеченной, то она бы это сделала, поскольку сердце оставалось переполненным болью, а глаза распухли и покраснели от слез. Но Беатрис так давно не была в этом доме, что побоялась показаться невежливой или заносчивой и проговорила, постаравшись изменить выражение лица и даже попытавшись улыбнуться:
– Добрый день.
– Ах, моя фея! – ответил доктор, оставляя таинственное занятие и выходя из лаборатории. – Ну что, теперь и вы намерены стать почтенной дамой?
– Ничуть, доктор, по крайней мере в ближайшие десять лет. Но откуда вам известно? Наверное, Мэри рассказала? Предательница!
– Признаюсь, действительно услышал новость от Мэри. Но разве я не имею права это знать, учитывая, сколько засахаренных слив переносил вам в кармане? От всего сердца желаю счастья, от всего сердца. Ориел очень достойный молодой человек.
– Вы действительно так считаете, доктор?
– Да, именно так. Слышал только об одном его недостатке.
– И что же это такое, доктор Торн? – встрепенулась Беатрис.
– Наш пастор долгое время полагал, что священник не должен жениться, но вы исправили недоразумение, и теперь ваш избранник поистине безупречен.
– Спасибо, доктор. Признаюсь, что из всех слов, которые я слышала, ваши самые приятные.
– Поздравляю, Беатрис, и надеюсь, что обретете счастье с избранником. – Доктор Торн крепко пожал девушке обе руки и призвал Господнее благословение.
– Ах, доктор! До чего же хочется, чтобы все мы опять стали друзьями!
– Я тоже мечтаю об этом, дорогая. Но исполнится мечта или нет, моя любовь к вам останется прежней.
На этом разговор закончился, и Беатрис отправилась домой.
В тот вечер доктор Торн с племянницей не говорили ни о чем, кроме грядущего счастья подруги: во всяком случае, ни о чем, что имело бы отношение к утренней беседе, но уже на следующий день обстоятельства заставили вспомнить о Фрэнке Грешеме.
В обычный час завтрака доктор вошел в комнату с расстроенным видом. В руке он держал распечатанное письмо, и Мэри сразу догадалась, что ее ждет очередная неприятность.
– Этот бедняга опять попал в беду. Вот письмо от Грейсона.
(Лондонский аптекарь Грейсон был назначен медицинским консультантом сэра Луи Скатчерда, но основная его задача заключалась в наблюдении за баронетом и немедленном сообщении доктору Торну обо всех отклонениях от нормы.)
Наш подопечный пил три дня подряд, а теперь пребывает в ужасающем состоянии: белая горячка.
– Но ведь ты не поедешь в город? Правда, дядя?
– Не знаю, что делать. Надо ехать. Он поговаривает о возвращении сюда, в Грешемсбери. Грейсон сообщает, что, как только сможет встать с постели, сразу отправится в путь.
– Что же, приедет прямо сюда, к нам, в наш дом?
– А куда еще? Больше некуда!
– О, дядюшка! Прошу, не позволяй ему здесь появляться!
– Ничего не поделаешь, дорогая: не могу же я захлопнуть дверь перед носом баронета.
Они сели завтракать, и Мэри молча подала чай.
– Перед обедом заеду в Боксал-Хилл, – сообщил доктор. – Хочешь что-нибудь передать леди Скатчерд?
– Передать? Ничего особенного, кроме разве что заверений в своей любви, – вяло отозвалась Мэри, но через мгновение внезапно энергично заговорила: – Но нельзя ли мне опять отправиться в Боксал-Хилл? Было бы так хорошо!
– Что? Хочешь сбежать от сэра Луи? Нет, дорогая, бегства он не потерпит и не простит. Скорее всего, тоже уедет в Боксал-Хилл и там доставит тебе куда больше неприятностей, чем здесь.