Прежде всего должна сказать, что не имею ничего против мистера Газеби. Я давно знаю его как респектабельного человека и, несомненно, хорошего специалиста. Фирма «Гампшен, Газеби и Газеби» занимает одно из первых мест в Лондоне, и папа придерживается очень высокого мнения о партнерах.
(Прочитав эти слова, Августа поняла, что ничего хорошего ждать не приходится; все остальное лишь вода. Сразу стало ясно, что уже вынесен отрицательный вердикт и ее желание стать миссис Мортимер Газеби не исполнится.)
Все эти обстоятельства послужили бы доводами в пользу предложения мистера Газеби, если бы предложение относилось к особе его круга, но, по моему мнению, ты должна рассматривать вопрос совсем в ином свете. Тот факт, что считаешь его выше других поверенных, показывает, насколько низко оцениваешь профессию в целом. Мнение, дорогая Августа, также отражает твое понимание, что спутника жизни не следует искать среди представителей данного класса.
Считаю, что ты должна дать понять мистеру Газеби – конечно, очень вежливо, – что не можешь принять его руку. Пишешь, что он сам признался: ищет в тебе жену высшего ранга. Разве это не означает, что, выйдя за него, ты сама опустишься рангом ниже?
Сожалею, если мое решение тебя огорчит. И все же будет намного лучше, если переживешь временное разочарование, чем совершишь шаг, из-за которого станешь несчастной; к тому же некоторые из твоих родственников определенно сочтут подобный шаг постыдным.
В делах брака, дорогая Августа, нам не позволено думать только о себе. Как ты справедливо заметила, если это допустить, то до чего дойдет мир? Бог позволил нам родиться с благородной кровью в венах. Это великая честь, которую мы обе ценим, однако честь обладает не только привилегиями, но и ответственностью. Закон утверждает, что члены королевской семьи не должны вступать в брак с подданными. В нашем случае закона не существует, но необходимость в его создании остро ощущается. Мы не должны заключать союзы с теми, кто, возможно, относится к низшему классу. Мистер Мортимер Газеби – всего лишь поверенный и, хотя ты с почтением упоминаешь его прадеда, не обладает благородной кровью. Приходится признать, что подобное смешение будет рассматриваться членами семейства Де Курси, да и Грешемами тоже, как осквернение.
(Здесь Августа пунцово покраснела и едва ли не рассердилась на кузину.)
Брак Беатрис с мистером Ориелом совсем иное дело, хотя не забудь, что я ничуть его не защищаю. Он может оказаться хорошим или плохим, а исследовать семейную историю мистера Ориела мы не можем. Больше того: Беатрис, на мой взгляд, никогда не испытывала положенных в данном случае чувств. Но, как я уже сказала, ее брак с мистером Ориелом – дело совсем иного рода. Священники – особенно пасторы и викарии сельских приходов – стоят значительно выше прочих профессионалов. Могу объяснить, почему так происходит, но тогда письмо станет очень длинным.
Твои чувства в данном случае делают тебе огромную честь. Не сомневаюсь, что мистер Грешем ответит на вопрос положительно, но именно поэтому его не следует спрашивать. Конечно, мне не позволено говорить что-нибудь против твоего отца, однако невозможно не видеть, что сквайр всю жизнь пренебрегал обязанностями и приносил семью в жертву. Почему он сейчас в долгах, как ты пишешь? Почему потерял фамильное место в парламенте? Несмотря на то что ты – его дочь, не можешь не понимать, что обращаться к сквайру по такому важному вопросу, как брак, не следует.
Что же касается дорогой тетушки Арабеллы, не сомневаюсь, что если бы она пребывала в добром здравии и твердом рассудке, то ни за что бы не захотела увидеть тебя супругой семейного агента по недвижимости. Такова правда, милая Августа. Мистер Газеби часто приезжает к нам по делам, но хоть папа всегда принимает его как джентльмена – то есть приглашает к обеду и прочее, – все равно ощущается различие между ним и настоящими гостями – друзьями дома. Разве тебе понравится быть принятой в замке Курси на тех же условиях?
Возможно, ты возразишь, что все равно останешься папиной племянницей. Да, верно, но ты же знаешь, насколько граф Де Курси строг в сословных вопросах. К тому же не забывай, что жена всегда принимает статус мужа. Папа привык к суровому дворцовому этикету: уверена, что никакое соображение не заставит его принять обычного агента в качестве племянника. Больше того, если бы ты вышла замуж за мистера Газеби, то, на мой взгляд, фирме пришлось бы отказаться от управления нашей собственностью.