- Божечки, у меня сейчас голова лопнет. Эмиль переведи, пожалуйста, своего сына, - попросила Мира.
- Ох, и нашли же время, - печально вздохнул Эйдвен и отправился грустить в компании с принесёнными Мирославой пакетами за дверь.
После того, как Эмиль остался в помещении только с таной, он активировал запуск одной из программ и пояснил Мире:
- Некоторое время назад я проводил процедуру завершения связи Раджела и Светланы, видел их показатели совместимости и так же, как сейчас Эйдвен считал, что они немного не в себе. Но пришло время, и я понял их, понял, отчего Радж пошёл на этот шаг, потому что иначе не сможешь показать своей женщине, сколь много она для тебя значит, и понять, сколь много ты значишь для неё. Древние верили, что "запечатлённые" тан и тана, даже уходя за грань, находят друг друга. Я, конечно, не уверен, что сейчас подходящее время для завершения связи, но если ты согласишься на это, то…
- Ни секунды не раздумывая, - прошептала счастливая Мира, повиснув на шее мужа, - уж если судьба уготовила нам участь разлететься на кусочки в космосе, мне нужны гарантии, что после смерти, ты меня обязательно найдёшь.
Глава 12.2
Экипаж корабля будто сошёл с ума.
Шёл третий день после отключения от управления Двойра Нами, и в условиях замкнутого пространства они больше смахивали на три недели. А если учесть что несколько часов назад стало известно время рокового для крейсера прыжка, то вполне понятно, отчего все космолётчики без конца смотрят на экраны своих браслетов, несмотря на то, что впереди больше двух суток неизвестности.
Ожидание гиперпрыжка, который может вывести всю электронику корабля из строя, расплющить крейсер и оставить болтаться в пустоте, сказывалось на каждом. Кто-то замыкался в себе, пытаясь смириться с ситуацией, исход которой ни от кого не зависит, кто-то пытался докопаться до истины и изменить положение вещей, но находились и те, кто пытался пробиться в анабиозный отсек, лишь бы не видеть возможную гибель корабля. Хорошо ещё Тако Ира была неприступной, как скала. Тем боле, что пустых капсул было всего десять, а находящихся в сознании на крейсере - девяносто восемь представителей обеих рас.
А всё из-за Литса До, главного навигатора судна, неверно рассчитавшего путь следования крейсера и «героически» самоубившегося прошлым вечером. Его заместителя уже выводили из анабиоза, чтобы в случае успешного выхода в заданной точке, он смог бы изменить координаты следующей точки прыжка.
Навигаторы, оставшиеся в составе команды управления судном, спокойно могли бы довести корабль до созвездия Изира в стандартных условиях, но, как выяснилось, точка выхода находилась за пределами изученной части Галактики, более того – в опасной близости к чёрной дыре. И только благодаря знаниям и навыкам Сулара Авэйра у крейсера имелся крохотный шанс добраться невредимым до созвездия Изира.
Литс До до недавнего времени был представителем тех пресловутых всезнаек, абсолютно уверенных в своей правоте. И когда с подачи Элира по судну пошли переговоры по поводу того, как вести крейсер к звёздам Изира, главный навигатор судна решил, что в область его компетенции вмешиваются несведущие юнцы. Вот и решил обозначить всем на корабле, что он-то свою работу знает и в состоянии проложить курс крейсера так, чтобы добраться до родной планете максимально быстро и непременно в качестве героя нации.
А уж по проложенному маршруту любой студент в состоянии добраться до орбиты Изюма.
Только не учёл Литс До того факта, что Двойра Нами отключен, и автономное построение маршрута зачастую сводится к длительной кропотливой работе с неоднократной перепроверкой не только звёздных карт, но и с учётом работы ядра крейсера.
Расчеты навигатора продвигались гладко, красиво и выводили крейсер к созвездию через тридцать шесть земных дней, что уже должно было его насторожить, но гордость и тщеславие мешали трезво посмотреть на проделанную работу, поэтому Литс До с помощью своего помощника активировал предпрыжковую подготовку, задал координаты точек входа и выхода в гиперпространство и приготовился принимать поздравления всех членов команды.
Но как только ситуация стала известна всем членам экипажа, рассчитанный маршрут был неоднократно перепроверен навигаторами и предприняты всевозможные попытки отмены прыжка, на судне быстро стало известно, кто совершил роковые расчеты, ведущие к верной гибели.