У меня еще были серебряные монеты и золотые, большая часть с арабскими письменами. Тут примерно рублей на девятьсот, их отдал матери Андрея. Семья большая, доход только от отца, хоть какая-то поддержка будет. А то ведь одеть детей нужно, оплатить учебу, она не бесплатная.
Взяли без вопросов. Точнее, они были: откуда? Ответ, что это трофеи, их вполне удовлетворил. Еще среди трофеев были наручные часы, три пары. Свои я постоянно на руке носил, остальные мне без надобности. Отдал одни деду, у отца и зятя свои были, вторые – матери, она хозяйка в доме, за временем следить должна, и как-то все равно, что часы мужские. Третью и последнюю пару отдал младшему брату, чему тот изрядно порадовался.
Отцу подарил золотой портсигар и зажигалку. Он курил. Девчата без подарков остались, нехорошо, так что я покопался в вещах, а они хранились тут, я специально купил сундук на рынке, его доставили, и у нас в палате, с разрешения врача, поставили. Там и шашки, и мои тренировочные принадлежности с одеждой, и вещи. Трофеи и оружие – тоже. Только документы в кадровом отделе госпиталя, а форма – у кладовщика.
Что может быть в кармане у солдат британской армии? Точно девчачьих вещей не будет. Да и большую часть трофеев я продал. Однако мелочовка разная нашлась. Младшей сестрице ушло карманное зеркальце и гребешок. Мне кажется, они из одного комплекта, схожи по выделке, смотрятся красиво. А вот Насте подарил свой карманный браунинг с запасом патронов. Мол, она себя и ребенка должна защищать.
Кстати, деду «Люгер» свой отдал, тот работал сторожем на складах одного из купцов. Машинистом уже сил не было работать. Зятю – ничего, и так денег отвалил на квартиру, хватит. Хотя матери Андрея еще коврик турецкий подарил, я раньше в него сабли заворачивал, пока чехол для них с шашкой не купил. С трудом уговорил, еще брать не хотела.
Сами они тоже не с пустыми руками приехали, тут и теплая одежда, и простая, но сытная еда. А меня откармливать нужно. Вот мать Андрея и осталась, готовила на съемной квартире и приносила. Себе я двадцать рублей мелочью оставил, остальное все отдал. Мне хватит, а потребуется, я еще добуду.
Чуть позже, когда мать Андрея уехала, стало полегче, я активно на тренировки приналег. Излечившись, о чем мне справку выдали, получил отпуск и теперь еду в Москву. Адрес мне сообщили, но вряд ли придется искать, я дал телеграммой информацию, когда выезжаю, так что должны встречать.
Так и оказалось, встретили. Были мать Андрея и младшая сестра, остальные кто дома, все же поздним вечером прибыл поезд, кто еще на работе. Пока на санях добирались до многоквартирного дома, где проживала семья Вершининых, я узнал много свежих новостей.
Муж Анастасии так и не купил квартиру, и они все еще жили с родителями. Он приобрел убыточную лавку, магазинчик небольшой, что ранее скобяными изделиями торговал. Надо сказать, изучил потребности квартала, где находилась лавка, и особая потребность была в свежих продуктах, нужны были зелень, молоко или горячий хлеб, это и стало ассортиментом. Также в магазине можно было купить пироги и пирожки. Настя пекла.
Нанять продавца денег не было, лавка только выходила на самоокупаемость, так что за прилавком пришлось стоять пока Насте, потому как супруг ее учебу не бросал, понимал, что образование нужно, да и бронь у него как у студента, только из депо ушел, а потом видно будет. В общем, крутились оба как белки в колесе, но вроде что-то получается. Лавка уже две недели работает, местные жители о ней узнали, поток покупателей стал больше, доход пошел.
Не то чтобы мне это было интересно, честно скажу, без разницы, как деньги подаренные потратили, их дело, но мне так подробно описывали, что волей-неволей все это представил.
Нас ждали, был приготовлен праздничный ужин в большом зале квартиры, были соседи, старые друзья Андрея и даже его любимая, как мне тайком шепнула мама Андрея. Как-то не впечатлила, не мой типаж.
Поздно было, так что младшие с час с нами посидели, и их отправили спать, а мы до полуночи сидели, пока не стали расходиться. Мне вроде как нужно проводить вроде как свою невесту. Но, к счастью, не пришлось, она честно призналась, что у нее появился другой, все к свадьбе идет, для того и пришла, признаться, и ее ожидают снаружи. Наверное, замерз бедолага за три часа-то.
Пришлось выйти и набить ему морду лица. Традиция. Он пытался боксировать, оказалось, он этим боем профессионально занимался. Даже какие-то призы брал. Но я его просто повалял в снегу, против меня его прыжки и удары не плясали, синяк поставил под глазом, на этом и разошлись.