Телеграмма была подписана Чичериным.
СКВОЗЬ ОГОНЬ
Е. Г. Шарапов
Шла первая мировая война.
Осенью 1915 года в Вильно вступили кайзеровские войска. Жизнь города была парализована. Никакой работы, никакой учебы. Незадолго перед тем я окончил четырехклассное училище. Мечтал учиться дальше, но теперь все рухнуло. Надо было найти работу, чтобы иметь хоть какой-нибудь заработок. В 1917 году удалось поступить на железную дорогу.
Немецкая оккупация давила все сильнее. Но вот наконец надежды на освобождение стали сбываться. Мы узнали, что в Петрограде рабочие, солдаты и крестьяне под руководством большевиков по призыву Ленина сбросили правительство капиталистов и помещиков.
Революционный энтузиазм охватил народ. Как после долгой ночи люди радуются первым солнечным лучам, так и нас захватили великие события. Митинги, собрания, лекции. Тогда еще я не очень разбирался в партиях, но вскоре начал посещать собрания большевиков.
У меня было много товарищей, все молодежь: русские, литовцы, поляки. Среди них были горячо верившие в коммунистические идеалы. От них я узнал многое. И прежде всего понял: без борьбы рабочие не победят. В те дни начали создаваться боевые дружины. Я стал членом коммунистического отряда виленской боевой дружины. Начальником дружины был Василий Фомич Высоцкий, впоследствии видный чекист. В нашем, Красногвардейском отряде я и получил свое боевое крещение — пришлось воевать с белополяками, бороться против бандитов и националистов.
В ПОДПОЛЬЕ
После того как литовская буржуазия установила свою власть, тяжелое время наступило для трудящихся Литвы. С первых дней своего правления партия клерикальной буржуазии и духовенства (крикдемовцы) стала насаждать самые реакционные порядки, подавлять революционное движение.
Перепуганные событиями в России, помещики и фабриканты Литвы старались потопить в крови народную мечту о разделе помещичьей земля, национализации фабрик и заводов. Тюрьмы были переполнены. По деревням свирепствовали карательные отряды.
Вот в такое обстановке коммунисты Литвы в глубоком подполье организовывали и руководили борьбой за народную власть.
Участвовал в подпольной работе в Литве и я – в районе Шауляя. Летом 1919 года стал членом партии большевиков.
В июле 1920 года, когда Красная Армия наступала на Варшаву, меня вызвали в Шауляй – надо было ехать в Ковно (Каунас), в распоряжение подпольного ЦБ Компартии Литвы (возглавлял тогда ЦБ Бучукас).
В Ковно я получил новый, “чистенький” паспорт и задание выехать через Укмерге, Ширвинты, Мейшаголе и демаркационную линию в Вильно (где уже была Красная Армия) для организации переброски литературы и боеприпасов. В Укмерге подпольные РК партии дал мне явки в Ширвинты и Мейшаголе с указанием выделить мне в помощь проверенных товарищей.
Пришлось поездить, налаживая работу пунктов по переброске литературы, разрабатывать “технику” маршрутов, подбирать людей.
Как-то мне понадобилось попасть в Вильно.
В Мейшаголе мне выделили сопровождающего, который довел меня до какого-то леса. Продолжал путь к Вильно я один. Надо было обойти несколько крикдемовских литовских постов вдоль демаркационной линии. Дороги через лес я не знал, ориентировался по солнцу, но долго плутал. Лишь к концу дня, пройдя более 25 километров, я оказался у цели.
Я говорил, что в Вильно уже была Красная Армия, но, несмотря на это, в городе продолжала существовать подпольная партийная организация, подготовленная к дальнейшей работе (по заключенному мирному соглашению Советского правительства с Литвой Красная Армия должна была покинуть город 30 августа 1920 года).
В Вильно товарищи познакомили меня с задачами работы местных партийных ячеек в новых условиях. Запомнилась беседа в Казимиров Людвиговичем Стасюлисом – членом руководства Компартии Литвы и Белоруссии, возглавлявшим подпольную военную организацию Литвы. В прошлом Стасюлис – участник революции 1905 года; преследуемый царской охранкой, он эмигрировал в Америку. После Февральской революции вернулся в Россию, был в Смоленске одним из организаторов захвата власти в октябрьские дни. Его лично, как и Мицкевича-Капсукаса, знал В. И. Ленин. Летом 1920 года его усиленно разыскивала литовская контрразведка, и ему пришлось перебраться в Вильно. В конце августа Стасюлис нелегально переехал в Ковно, где и жил до ареста.
К. Л. Стасюлис поставил перед нами оперативные задачи: переправка литературы и всего необходимого для работы подпольных групп.
Беседа со Стасюлисом длилась долго. Внимательно изучались карты, намечались пункты, где лучше организовать переход демаркационной линии. Отъезд был намечен на завтра. нам подобрали надежного возчика, который хорошо знал дорогу. Взяв мешки с литературой, лесом осторожно подъехали к демаркационной линии. Нам предстояло проехать лес, пересечь небольшое шоссе. Подъехав к опушке, возчик остановился, а я стал осторожно пробираться к дороге, чтобы проверить, нет ли опасности. Неожиданно услышал конский топот. Ехали двое конных… Как на грех, заржала наша лошадь. Замер… Офицер и солдат остановились, прислушались. Но кругом было тихо, и они поехали дальше. Пронесло!