Вот в такой обстановке продолжались наши поездки по Китаю. Нередко я и кто-нибудь из курьеров харбинского консульства совершали рейсы в город Дайрен (Дальний), в котором тогда с благословения японцев хозяйничала бандитская братия атамана Семенова. Его люди были среди полицейских, шоферов такси, обслуживающего персонала гостиниц и ресторанов. Каждая поездка в Дайрен могла в этих условиях кончиться трагично.
В 1933 году на станции Маньчжурия дипкурьер Сергеев (он работал в агентстве НК.ИД во Владивостоке) был окружен отрядом вооруженных солдат, приведен на вокзал, где в нарушение всех дипломатических правил его подвергли обыску, требуя диппочту. Сергеева долго держали в заключении, подвергая оскорблениям и угрозам. Все протесты советского консула были безрезультатны. К счастью, у Сергеева не было с собой на этот раз диппочты.
В тяжелых условиях приходилось ездить в те годы и из Владивостока в Токио, часто одному, без сопровождающего.
Однажды ехал сначала на японском пароходе «Амакуса-Мару», совершавшем рейсы Владивосток — Цуруга (небольшой японский порт), затем ночью поездом до Токио. На всем пути по всякому поводу и без повода японские полицейские и чиновники таможни пытались лезть в каюту или купе, шарили глазами по углам, приторно улыбались, интересовались всем, вплоть до того, имеет ли господин курьер жену и сколько у него детей. В Токио в это время проходила конференция по вопросам, относившимся к КВЖД, и японцы стремились, с одной стороны, поживиться информацией, а с другой — найти повод устроить какую-нибудь провокацию.
Некие подозрительные личности в штатском вертелись около нашего купе. За всю дорогу ни на минуту не удалось сомкнуть глаз.
Но особенно тяжело приходилось во время поездок рейсом Токио — Сеул, где находилось советское генеральное консульство.
Оккупированная Японией Корея была включена в состав Японии как одна из провинций, но фактически оставалась на положении японской колонии. Всем заправляла японская администрация. В Корею было переселено большое количество японцев. Создавались японские промышленные предприятия, причем корейский рабочий получал вдвое меньше японского. Всякие выступления недовольных корейских рабочих японцы жестоко подавляли. Многие сотни, если не тысячи корейцев содержались в тюрьмах за протесты против ига колонизаторов. Как-то в Сеуле мне пришлось видеть, как вели в суд группу арестованных (это, как объяснил мне наш переводчик, были корейцы). Ноги и руки .их были забиты в колодки, подобно тому как это делалось в глубокое средневековье.
Корейских девушек заставляли за гроши гнуть спину на японских предприятиях, работать в японских магазинах в качестве подсобных рабочих. Было создано много домов терпимости, куда насильно загоняли девочек, еще подростков. Больно было смотреть на страдания свободолюбивого корейского народа.
Ввиду особой трудности и опасности в Сеул ехали вдвоем: дипкурьера сопровождал кто-либо из сотрудников советского полпредства.
Всю дорогу до Сеула одолевали переодетые агенты полиции и провокаторы. Они приставали под видом репортеров или соотечественников с расспросами, а в самом Сеуле шпики целыми группами в открытую буквально по пятам ходили за нашими людьми.
Поездки на Восток, в Китай и Японию, были для нас большой школой. В 1934 году меня назначили на дипкурьерскую работу по европейским странам.
ИСПАНИЯ,
ОСЕНЬ ТРИДЦАТЬ ШЕСТОГО
Вспоминается одна из поездок — в Испанию, в период героической борьбы испанских трудящихся против франкистских мятежников и помогавших им итало-германских интервентов.
Трудящиеся Испании, рабочие, крестьяне, руководимые коммунистами и другими левыми партиями, в сложных условиях организовывали отпор франкистам. Создавались боевые части, в основном из рабочих. Но не хватало оружия, боеприпасов, положение создалось очень напряженное. Враги бешено рвались к Мадриду. Тогда на помощь трудящимся пришли добровольцы из других стран, и в их числе много советских, немецких, чешских, венгерских, французских антифашистов. Из них формировались вскоре ставшие легендарными интернациональные бригады, проявившие замечательные мужество и героизм.
Когда мы приехали в Испанию, положение на фронте было тревожным. Франкисты, обладая большим превосходством в живой силе и технике, теснили республиканцев, пытаясь окружить Мадрид. Гражданское население города начали эвакуировать, подготовлялась эвакуация и семей нашего посольства. Позже связь с Мадридом прервалась…