— Для начала… нужно решить, что значит «мы».
Я придвинулась вперед, через огонь разглядывая Киана. Он с непониманием поймал мой взгляд какими-то пустыми глазами. «О чем же ты думаешь?» — прошелестел невысказанный вопрос. Слишком далеко он сидел, чтобы я могла попытаться это угадать. Или просто побоялась постараться: вдруг увижу там его разочарование. Но он только поджал потрескавшиеся из-за жары губы.
— Киан, ты не обязан оставаться, — правильные слова никак не приходили на ум. Хотелось сказать так, чтобы понял, но и без упоминания о его недавнем статусе. Это должен быть целиком его выбор, раз он решил, что я… — И не должен…
В его взгляде промелькнул какой-то нездоровый блеск, и я остановилась. В любом случае, он абсолютно правильно понял мой вопрос, но отвечать не спешил. Молчал долго, только теперь не опускал голову. На его лице сменилось много эмоций, и природу их происхождения я не понимала. Ведь совершенно точно дал понять, кто я для него, так что ни на верность, ни на простое человеческое доверие я уже не рассчитывала. Хотелось, чтобы добровольно, по своему желанию, а не потому, что напоминают о себе насильно вбитые много лет назад правила.
И даже так дело было не только во мне: я только посредник. По сути важна была одна жизнь — Ариэна. Он словно последний уголек в пепле. Может быть, если Киан тоже в него верит так сильно, как теперь верю я, то будет терпеть и меня. Нужно было реально смотреть на ситуацию, пусть даже ее видение приносило только боль. И я смотрела. Возможно, если он решит уйти своей дорогой, мне станет легче сосредоточиться на цели. Чтобы перед глазами не маячило напоминание о моих грехах.
Киан последний раз смерил меня и Ариэна очень странным взглядом, но совсем не отсутствующим. Он точно знал, чего хотел.
— Я остаюсь.
Кажется, несмотря на голос разума, я ощутила разочарование. Все-таки дело во мне. Но хорошо. Если ради общего будущего Киан готов терпеть мое присутствие, и я смогу молчать в ответ. Надеюсь.
Киан
Мы.
Мы-мы-мы…
Она так непринужденно произнесла это словно, словно и я что-то для Нее значу. И почему-то посмотрела на меня. Я для тебя лишний меч, который совсем не время терять? Запасной план, если понадобится отвлечь внимание преследователей? От злости захотелось треснуть обо что-нибудь так крепко, как только позволят кости.
Я ведь тоже человек, помнишь?
Глупо. И совершенно неоправданно себя жалеть. Им нужна будет любая помощь, совсем скоро я верну левой руке прежнюю гибкость и снова стану полезным. По-другому на себя смотреть не получалось. Может, стоит отказаться? Я ведь буду мешать, а снова стать безликой тенью без эмоций уже не получится. Почему Она требует от меня невозможного? Зачем дает выбор? Лучше бы просто… Но от полезных вещей не избавляются.
«Хватит!» — прикрикнул я мысленно в сердцах. Неправильно думать о себе, когда Ариэн может изменить все. Отомстить и вернуть то, что потеряли многие после смерти его отца — свободу, достоинство, надежду. Даже те, на ком ни разу не было рабских кандалов. Это и есть та цель, которой я должен себя посвятить. Если, конечно, они не решат бежать к границе и забыть все, что произошло. Потому что исчезнет все, ради чего я еще цеплялся за жизнь. Этого даже не объяснить, не показать. Что-то со мной происходило с тех пор, как я очнулся в той пещере. Никогда раньше не было столько черных и безысходных мыслей. И уж точно я никогда не думал о будущем и о том, какое могу занять в нем место. Отчасти так было намного легче и проще, но последние недели изменили меня. Возможно, стоило прислушаться к внутреннему голосу и, если не Ей, так хоть себе доказать, что я способен на нечто большее, чем покорность.
— Я остаюсь, — сказал и застыл, с опаской обведя взглядом Госпожу и Ариэна. И неожиданно для себя заметил, как они понимающе обменялись взглядами. Как будто уже договорились и все решили. Значит, не такое уж большое значение имело мое решение. Опять.
— Мы движемся к столице, — начала Госпожа, переводя взгляд на Ариэна, в ответ он коротко кивнул. Наверняка, решение они приняли еще тогдашним утром — без меня. Но все-таки от сердца отлегло. Так будет лучше: если по пути доведется умереть, хоть это будет не зря. — Будем продвигаться до Сенты. Если здесь не удастся тихо перебраться через границу, проберемся в центр с Азумы.