Венн резко замолк, ожидая моей реакции. Но я ошарашенно смотрел на него, не решаясь вообще ничего сказать. Об этом я не думал, не придавал большого значения тому, что происходит «после». А стоило. Стыдливо я понял, что Госпожа ни за что бы не позволила ввести себя в заблуждение или забыться. А я позволил.
— Ах, да. Я ведь забыл, что ты не привык думать, — добил меня Венн последней фразой, от чего я невольно сжал кулаки. Правда, но от нее все равно становилось больно.
— Почему ты такого плохого мнения о своих соотечественниках? — все же решился возразить я. Мысль о том, что люди, которые находятся в равных условиях, не являются друг другу товарищами, была для меня неприятна.
— Потому что я очень хорошо их знаю, — мрачно заверил Венн. Почесал седой висок и подбросил еще одно полено под котелок. — Знаешь, как куратор обнаружил нас? Один из ополченцев украл припрятанное оружие, чтобы продать контрабандистам и подзаработать. Тут их на рынке и накрыли, а в итоге арестовали всех, кто просто оказался рядом. — Венн помолчал, видно, заново переживая те события, и сказал уже о другом: — Да и не только в одном человеке дело. Если бы не взрыв, если бы не сила Темного, никто из горожан не посмел бы напасть. И даже после этого толпа разделилась на две части: ополченцы шли в атаку, но многие просто попрятались по узким проулкам. Им было страшно отдать за борьбу жизнь, и правильно, — странным тоном заметил Венн. Он сам такую позицию явно не считал правильной. — Думаешь, кто-то здесь умеет по-настоящему драться или стрелять из лука? Кузнец, охотники да пара мужиков, а остальные и меч-то держать правильно не умеют. И толку от них тогда.
Мне больше не хотелось продолжать этот разговор. Его ответы слишком быстро возвращали меня на землю, заставляя вспомнить, что мир вовсе нам не рад и уж точно не изменился к лучшему. Но обида быстро ушла на второй план — как мне показалось, не прошло и минуты, — уступив место страху из-за надвигающейся угрозы.
— Мне надо в город поговорить с Мауком, — твердо заявил я, свешивая с койки босые ноги. Если все так, нужно было как-то убираться отсюда и идти… Я даже не представлял куда. Грозы и последующий за ними град, морозы не позволят уйти далеко. Раньше — уже как четыре раза подряд — мы всегда возвращались в Ботфорд на короткую зимовку, а теперь найдется ли нам место хоть где-то? Ни одну границу между провинциями мы не сможем пройти без грамот, а любые вопросы и выяснения обстоятельств в связи с их отсутствием тут же все о нас прояснят. Здесь оставаться тоже невозможно. Если только… «Нет», — мысленно остановил я себя, Госпожа никогда бы не позволила себе сбежать, пусть даже до свободных земель рукой подать, а оттуда можно было бы добраться и до Ее... дома? «Госпожа сказала, что не знала тайосского языка, откуда же Она? — вдруг задумался я, ведь помимо коротких слов, что были сказаны под крышей нордонского трактира, я не знал ничего конкретного. — Из Тэйринии? Нет, слишком бледный цвет кожи. Да и черты лица, если бы не вечно сведенные брови, слишком... нежные. Может быть, из островной Иматры? Но там говорят и на нашем языке, кроме нас с ними же никто не торгует. А в Зив-Кват, насколько я знаю, никогда не рождались дети с природными способностями. А даже если и были такие случаи, я никогда не слышал, чтобы они владели знанием о создании смеси, способной поднять в воздух недвижимые вещи. О таком я вообще никогда не читал и не слышал. Тогда?..» — я ущипнул себя за губу, ногтем случайно задев твердую корку, тут же треснувшую: не время гадать сейчас.
— А сил дойти-то хватит? — фыркнув, со злой иронией спросил он. — Город не так близко, как ты думаешь…
— Ты мне поможешь, — перебил я и коснулся ступнями камня. — Пожалуйста.
Собрав все силы, которые еще сохранились во мне, я осторожно встал и прижал руку к занывшим от давления ребрам. Нужно было просто перетерпеть боль. Для этого наступило самое подходящее время.
Эвели
Я ощутила тепло. Приятное тепло, к которому вдруг захотелось потянуться. Это желание оказалось неожиданно сильным и затмило все, что еще полутенями сохранилось в памяти. Мне показалось, что до этого тепла не было ничего. Пустота, которая заполнила меня до самых краев, спокойствие. Как будто я наконец-то сделала то, о чем мечтала всю свою жизнь. Всем нутром почувствовала счастье, волну эйфории, и было уже неважно, что грянет после.
И в то же время настойчивое солнце подарило мне второе дыхание, заставив распахнуть глаза и тут же накрыть их вспотевшей ладонью. Голова закружилась, сдавило виски, и я тихо захрипела, пытаясь перевернуться хотя бы на бок.