Мы любим тебя, милая. Скоро увидимся.
Я перестаю улыбаться, а на глаза наворачиваются слезы.
— Идеально, — бормочу я. — Это Булочка и Брауни, у них самое лучшее чувство юмора.
— Ну, они немного клептоманки, потому что украли отсюда все твои фото. Это был саботаж, — ухмыляется она, наслаждаясь хаосом.
— Да, на них это похоже, — говорю я, не в состоянии скрыть улыбку на лице. — Как долго я спала? — я запускаю пальцы в свои спутанные волосы.
Я снова смотрю в окно; там пасмурно и дождь.
— Я не уверена — какое-то время — почти сутки. Ты просто не пересеклась с Бреннусом. Он был с тобой большую часть времени, но ему пришлось заниматься всеми вопросами, — говорит она. — Знаешь, думаю, сложно быть своего рода злым императором. Все хотят его внимания. Ему пришлось менять все планы. У нас для тебя был готов огромный сюрприз на твой день рождения, а вместо этого мы пакуем все свои вещи для переезда. Так что я могу подарить тебе мой подарок. — говорит Молли, опуская на колени маленький зеленый сверток.
Я сижу и тупо на него смотрю.
— Что? — спрашиваю я.
— С днем рождения, Эвис, — ухмыляется Молли, наблюдая за мной обнимая один из столбов на моей кровати.
— Мы переезжаем? — спрашиваю я, подтверждая самую важную информацию, которую она сказала. Молли кивает.
— Да, скоро. Думаю, мы собираемся отдать дань уважения Лахлану, а потом мы уедим — небрежно говорит она, глядя на меня и ожидая, когда я открою свой подарок.
— Лахлан, — выдыхаю я, вспоминая его удар о пол и град стрел, осыпавших его.
Мои глаза сразу наполняются слезами. Молли пожимает плечами:
— Они организуют для него какие-то похороны. По описанию Финна — это похоже на похороны Артура или Викинга. Они устроили погребальный костер — это Волшебный обряд, — объясняет она.
— Когда? — спрашиваю я.
— Сегодня, до нашего отъезда, — говорит она. — Ты в порядке? Ты снова побледнела. Хочешь что-нибудь съесть? — заинтересованно спрашивает она.
— Нет, я в порядке, — лгу я, выдавливая улыбку.
— Ты не откроешь? — подсказывает мне Молли, увидев меня застывшей на кровати. — Девятнадцать. Держу парит, год назад ты даже не представляла себя здесь, — говорит она, держа руки ладонями вверх. — Друзья нежить и средневековый замок.
— Ну да. Сюрприз, да? — слабо соглашаюсь я, отупело вскрывая серебристую бумагу.
Я разворачиваю бумагу и открываю крышку небольшой коробки. Отодвигаю ткань, и мои глаза снова наполняются слезами. Мои пальцы неуверенно скользят по кроваво-красному камню в форме щита в платиновой оправе. Рядом с красным бриллиантом нанизанное на то же ожерелье находится кольцо моего дяди Джима, которое на прошлое рождество я подарила Риду.
— Как? — затаив дыхание спрашиваю я.
— Они прибыли со всеми твоими вещами. Я нашла их, когда обустраивала твою комнату. Я боялась, что Бреннус не отдаст их тебе, так как очевидно, что это ожерелье подарил тебе Рид. Это стоит больших денег — и это не то, чтобы ты сама себе купила. И потом на прошлое Рождество я прислала тебе кольцо твоего дяди? Ты сказала, что у тебя есть кто-то кому бы ты хотела подарить его. Два и два ровняется четыре, — улыбается она.
— Я не понимаю. Я думала… — я замолкаю.
Молли вгибает бровь.
— О, ты думала, что я одна из них, — говорит она. — Ну, я, и я не… Я не Фейри, так что это делает меня… по большей части вампиром, потому что я была человеком, прежде чем стать Фейри. Ты видела, что они думают о вампирах, — закатывая глаза, говорит она. — Но так как я вампир Финна, они обращаются со мной как с домашним питомцем… на самом деле мы не ровны.
— Так ты говоришь, если ты не «одна из них», тогда ты вольна делать все что хочешь? — спрашиваю я, видя блеск ее глаз.
— Правильно, — соглашается она, звуча скорее, как парень. — Я, мой собственный остров — человек Gancanagh. Ты просто произносишь это слово, я даю тебе карту на все выходные.
— Что? — спрашиваю я, быстро дыша.
— Ты слышала меня. Разве тебе нужно еще что-то говорить? — с поддельной угрозой, спрашивает она, позволяя с щелчком выскользнуть своим клыкам. — Ты выглядишь как лакомый кусочек, и я обещаю, что не заберу у тебя больше одного глотка.
— Молли, если ты разорвешь контракт, они убьют тебя, — шепчу я, боясь за нее.
Я смотрю на дверь, чтобы убедится, что нас никто не подслушивает.
— Попробовали бы они, — честно отвечает она, одаривая меня развязной улыбкой, которая в основном присуща Gancanagh, втягивая клыки.
— Нет, — качая головой, отвечаю я. — Почему ты об этом подумала? — спрашиваю я и мне даже страшно говорить об этом вслух.