-Я не останусь на ночь. Решим все за едой. - лорд Комин вытянул ноги ближе к огню и прикрыл глаза.
Мэйр рассматривала супруга своей старшей сестры впервые так близко.
Красивый. Совсем не старик. Воин, вон шрам по левой скуле к уху. В волосах нет седины, но и проплешин, как у многих мужчин в возрасте, тоже нет. Красивый.
А задремал, и расправились морщины, брови хмуриться перестали, мягкая полу улыбка украсила вечно сжатые тонкие губы. Красивый.
Марии только двенадцать, она еще не девица на выданье и потому с детской непосредственностью рассматривала своего грозного зятя. Если он не груб, не бьет Изабеллу и добрый христианин, то сестре, видимо, повезло?
-Хватит сопеть и пялиться, девица, ты скоро тротрешь дырки на мне своими глазами.
От неожиданности Мария замерла и икнула.
-Я... Я прошу прощения... Пора к столу...
Не открывая глаз, Уолтер, потянулся до хруста в суставах, выгнул спину и хлопнул ладонями по коленям, вставая.
-После трапезы покажи мне дом. Сама. Без ублюдка.
Сказано было громко, так, чтобы услышали все в зале.
Уолтер Комин, лорд Баденох остался на ночь, провел в Инкталле четыре дня, успел увидеть, оценить гораздо больше, чем предполагал, оставил распоряжения, принял письмо от Марии для своей супруги. Правда, отдал адресату то письмо лишь два месяца спустя.
И на все лето изменил привычный маршрут из Рутвена в Стерлинг. Теперь делал крюк и заезжал в уютный, суетливый, веселый замок Инкталла.
Какие странные повороты преподносит судьба. Казалось, все выверено, просчитано, идёт по задуманному плану. Когда-то Уильям Комин поучал сына как добиваться места под солнцем. Когда-то Уолтер Комин принял правила игры и следовал им всю жизнь. Не прогадал, не проиграл, достиг, удержался, приобрел...
А серая мышка Инкталлы смешно морщила нос, отводила взгляд и, прикрывая ладонью рот, хихикала. Водила пальцем с обгрызенным ногтем по строкам на пергаменте, стараясь прочесть счета, переписи и расходники, забавно высунув кончик языка. Разговаривала с цветами в садике у восточного контрфорса, а к завтраку сама тащила с маленькой маслобойни свежее масло.
Лорд Баденох поймал себя на том, что очень ярко представляет, как эта мышка оживила бы Рутвен, принесла бы с собой тепло, уют и детский смех. Разозлился. Слишком разные сестры оказались! Или он сам не рассмотрел в Изабелле чего-то важного?
Эта Мэйр никогда не расцветет как его супруга. Но Изабелла никогда так не встретит Уолтера у ворот замка, торопясь, вприпрыжку, задирая подол, спускаясь по ступеням башни...
И все-таки Мария Ментейтская и ее сводный брат должны покинуть Инкталлу. Каждому уготован свой путь.
-Чего бы ты хотела для себя?
-К зиме крестьянам выдам соломы на крыши и разрешу дополнительного кролика, а еще я приготовила для Изабо небольшие подарки, она обрадуется...
-Для себя. Ментейт теперь не твоя забота, как и Изабелла.
Да, Мария совсем не была простодушной и легкомысленной. И то, что всегда осторожный Бартоломью вдруг оступился и упал с мостков в омут, могло означать лишь одно - в Инкталле нет больше места крови Мердока. Очередь за ней.
-Если это возможно, то я хотела бы вернуться в монастырь.
-Нет. И да. Обещаю.
Маленькая церквушка на одном из островов озера Ментейт через четыре года была отремонтирована, появились жилые и хозяйственные пристройки: основательные, из камня.
А несколько бенедиктинок-монахинь прибыли со своими ульями и козами.
-Ичмахоум не заменит родного дома, но даст тебе умиротворение и смысл, Мэйр. Я выполнил обещание.
Только Мария ступила за ворота монастыря гораздо позже и не по своей воле...
***
Сначала мы узнаем статус, мы вникаем в положение материальное и общественное. Ну, кому какое дело до характера и внешности носителей титулов и владельцев поместьев? Эти люди пришли в мир лишь для того, чтобы принять собранное до них, сохранить, приумножить и передать потомкам. Все.
Кто они сами? Чего хотят и о чем мечтают? Глупо так рассуждать! С первых дней своей жизни и до последнего вздоха - они носители имени.
От мужчины требуется умение завоевывать и защищать, а от женщины - сохранять и рожать. Как можно чаще и как можно больше рожать. Даст Господь, то каждый третий выживет и проживет, хотя бы, до совершеннолетия.
Комины славились чадородием и плодовитостью. Почти каждый Шотландский клан породнился с отпрысками этого семейства. Уолтер добился самого высокого положения из всего выводка лорда Уильяма Комина.
Но во втором браке, уже который год, оставался без наследника. Братья осторожно подшучивали, притворно соболезновали и ждали. Ждали, когда же красавица-супруга лорда Баденоха принесет ему ребенка.