И Рассел подпустил к себе, может, впервые кого-то так близко.
***
- Прекрати рассматривать меня исподтишка, я заметила тебя давно.
-Леди, дерзну предложить вам превосходное укромное местечко, которое скроет вас от всех людей.
-Ты дерзкий мальчишка!
-Уже нет, не мальчишка. А вы все так же прекрасны, как в нашу первую встречу.
-Так ты не был деревенским простачком?
-Думаю, мы знали кто мы, но игра увлекла нас.
-Дерзость!
-Честность.
-Если так, то флирт с замужними дамами куртуазен, но не безопасен.
-Мне не интересны другие, леди Изабелла.
-А мне не интересен ты, бедный рыцарь.
-Пока.
-Пока? Ты...
-Дерзок, да. Вы повторяетесь, леди.
Не поворачивая головы, не двигаясь с места, смяв меж пальцами сорванный цветок, торопливо полушепотом, сладко замирая и пряча улыбку, Иосбаил вслушивалась в голос рыцаря и в свой отклик на него.
Скандал, бесчестье, мезальянс! Но как же трепетало все внутри от одного лишь нахождения поблизости статного саксонца!
За ужином Уолтер внимательно обвел тогда их взглядом, кивнул и, как обычно, отвлёкся на разговор с Марией. Словно дал "добро". А Изабелла разозлилась! Вот так спокойно муж ее перепоручил и даже не создал видимости ревности и попытки защитить свою честь! Ах так?!
Чтобы не путать сына с гостем, Мэйр стала называть саксонца на шотландский манер - Эван. И тот с охотой откликнулся, сказал, что в детстве его так и звали, поведал пару шуток про путаницу с именами.
Он был красив какой-то нездешней утонченной красотой. Как-будто случайно оказался в Инкталле, проездом из похода против саблезубых тигров до тайного прибежища дракона, по пути успев спасти хрустальных девствениц из лап мамлюков.
Ну, что скрывать? В душе Мария была куда как романтична и, залюбовавшись Эваном, немного взгрустнула, что эдакий рыцарь из грез - почти ровесник ее среднего сына.
А Изабелла цвела и таяла на глазах от внимания Эвана Рассела, совсем перестав стесняться и супруга, и сестры.
***
Уже стемнело, на смотровых башнях зажгли факелы, а сам замок погружался в сон, когда Изабо бродила, почти бесцельно, по родной Инкталле и отмечала что осталось с тех времен, а что ее домовитая сестра переиначила.
Вот так Изабо и забрела в домовую часовню. Неровный свет пары сальных свечей оттенил фигуру, склоненную у алтаря. Не хотелось мешать чьей-то ночной молитве, но, услышав голос Марии, леди Комин приблизилась.
-Что-то случилось, Мэйр?
Мария наскоро вытерла слезы двумя ладонями к вискам, развернулась и почти упала в объятия Изабеллы.
-Не знаю я, проклянешь ли ты меня или возблагодаришь когда-нибудь... Прости меня, Иосбаил, прости сейчас, ибо мне страшно...- Мэйр всхлипнула и закашлялась. - Впервые, наверное, мне страшно так, как не было по смерти отца, одиночеству в монастыре, встрече с Уолтером Стюартом и рождении детей!
-Мэйр, что случилось?!
-Случится, уже случается, но я должна молчать. Прости меня... Когда стоит выбор между долгом и кровью... Иосбаил, ты понимаешь меня?!
Такой сестру Изабо не видела никогда. Мэйр как-то сжалась, осунулась и потерялась, словно смертельно устала или заболела.
-Все хорошо, Мэйр, все хорошо. Все живы и здоровы, мы все рядом. Уолтер не сегодня-завтра будет дома, Джон за столько месяцев приехал на побывку, смотри каков стал Алан, а у Элейн теперь есть ленты и куница для зимнего котта. Мэйр, с тобой все в порядке, ты не больна?
Младшая сестра уткнулась в плечо старшей.
-Иосбаил, можешь проклясть меня, но только не моих детей, прошу тебя...
-Ты просто утомилась и перенервничала, давай я провожу тебя наверх башни.
Оказавшись в спальне, Мэйр взяла себя в руки и отругала за слабость. Благодарение Деве Марии, что Изабелла так ничего и не поняла!
А несколькими днями позже лорд Баденох повредился, упав с лошади.
А перед этим, Эван Рассел сорвал свой первый поцелуй с уст леди Комин.
***
Наверное, только Мария считала своего конопатого Стюарта мягкотелым добряком. И то лишь потому, что не выезжала из Инкталлы дальше монастыря или ярмарки, а показное спокойствие близкое к равнодушию между двумя Уолтерами принимала как должное.
Но стоило Стюарту и Комину пересечь границы Ментейта, как они превращались в заклятых соперников за место у трона короля Александра!
Баллок Стюарт отнюдь не выглядел простаком, когда примкнул к партии Алана Дорварда и тремя годами ранее чуть ли не штурмом они взяли Эдинбург, навязали старому королю доверенность на создание регенства при малолетнем принце в лице старшего брата Уолтера - Александра.
Старики уходили, а их место рьяно, кроваво и бесцеремонно выхватывали молодые аристократы. И Уолтер Баллок Стюарт был далеко не последней фигурой. В рукаве у него были два сына и прелестная дочь, а так же перспектива стать графом Ментейт уже не по праву жены, а де юре и де факто.