-Походов больше нет!!!
-Есть Холируд и король Александр! И я буду иногда приезжать в Инкталлу, чтобы рассказать о своих достижениях на зависть долговязому братцу!
Вспоминая те годы, Джон ловил себя на том, что солнце светило всегда, пахло только испеченным хлебом на столах и свежей соломой на полу. Родители много улыбались, а младшая Элейн оказалась не капризной и не приставучей. Дом детства был наполнен теплом и радостью.
Почему же так мало отведено в жизни человека этого беззаботного времени?
Джон учился усердно, он не был лодырем. Не надо было отвлекаться на постижение хозяйственных вопросов, поэтому почти все свое время мальчик проводил у оружейной, где вбили тренировочный столб, упражнялся, сначала с деревянной палкой, а потом и с настоящим мечом. С меньшей охотой, но регулярно ездил в Инчмахоум и талдычил латынь и французский.
А еще питал особую привязанность к щенкам от отцовских охотничьих дирхаундов. Такие же длинноногие, немного растрепанные и поджарые псы, как и их хозяин, были выносливы, сильны и верны.
От Уолтера средний сын, на первый взгляд, унаследовал только стюартовские веснушки, но, как оказалось, еще и характер. Потому, по приезду в Эдинбург, будучи представленным дядьке Александру и получив первое место службы в овеянном легендами Даннотаре, приобрел репутацию выносливого, сообразительного мальчишки, который не даст себя в обиду. Его привечали старшие рыцари, но никогда не гоняли с мелкими оказиями и не заставляли чистить их одежду.
Джон Стюарт взрослел, набирался опыта и протаптывал свою дорогу в жизни.
История с белокурым Эваном Расселом, не последним, кстати, рыцарем Даннотара, долгое время для Стюарта была сродни романтическим балладам. Безродный рыцарь покорил прекрасную даму и пожертвовал ради любви всем, что имел. Хотя примешивалось и смущение: тетушка Иосбаил была для Джона уже дамой в годах, да и характер имела вздорный.
Александр Стюарт следил за карьерой племянника, парень был годный, в чем-то походил на Уолтера, а где-то уже и перещеголял своего родителя. Когда Джон гостил в Эдинбурге, не доезжая до родной Инкталлы, дядька шаг за шагом проверял молодого Стюарта, посвящал в тонкости политики и придворных подводных камней.
Надежный родственник - вдвойне родственник. Джон был надежным.
А к 16ти годам одарил Стюарт племянника небольшим манором Раски в Стирлингшире. Уолтер разволновался, обеспокоенный таким подарком, как он выразился "не слишком ли соплив Джон для столь ответственного шага?" Но через год, Джон выслал приглашение на венчание с незаконнорожденной дочерью мормэра Файфа и вопросы отпали сами собой.
-Отец, ты пришел в Ментейт и создал свой мир, у меня смешной манор, а супруга совсем не графиня, но обещаю, что это только первый шаг. Я не подведу нашу семью, отец.
Не подвел. Но благодаря Джону, на многие века вперед, имя Ментейт будут связывать с такими словами, как Фауз Ментейт - предатель, вероломный, лживый.
Всему свое время и всему свой черед. А мы помним, что слова летописи - ни есть слова истины, а лишь мозаика, сложенная из слухов, сплетен и яда недоброжелателей.
***
Джон не спал всю ночь, разволновался и вспотел. Ему едва исполнилось пятнадцать, когда дядька Александр впервые решил взять племянника на серьезный прием, а потом и предложил сопровождать на переговоры.
Давно минули те дни, нынче сам Джон привез отца и Алана в Тернберри-Бонд. Брюсы, Каррики, Данбары, Аннандейлы из Шотландии, де Бург из Ольстера, Томас Клэрский из Англии со своими законными и незаконными сыновьями, поверенными и вассалами собирались после событий, что стремительно разворачивались, грозили перевернуть и потопить корабль под гордым именем Альба-Шотландия.
Надо же было так перепиться, чтобы в ночную грозу рвануть по побережью к очередной пассии, сорваться с обрыва и сломать шею? Был бы анекдот смешным, если бы главным участником не стал Александр III, что в самом расцвете лет покинул этот мир и оставил "голым" престол!
Какая тонкая грань пролегла в те дни между радением о своей стране и предательством! Шаг, полшага, слово, полслова, взгляд - все могло перевесить чашу весов.
Каким бы ты сам не был знатным землевладельцем, в первую очередь, ты являлся вассалом своего сюзерена. И чем могущественнее твой сюзерен, тем спокойнее и выгоднее тебе.
Ирландцы уже забеспокоились, французы и норвежцы засобирались, поэтому, из нескольких зол, надо выбирать наименьшее - Эдуарда I Длинноногого, еще не успевшего получить кличку "Молот Шотландии", но зарекомендовавшего себя умным и жёстким королём, подмявшим валлийцев и верхушку аристократии, дав при этом подданным видимость представительства при троне.