-Сворачиваем балаган, до заката мы должны успеть пересечь Спей и горный перевал. Или вы, леди Баденох, готовы к ночевке под открытым небом в горах? - обращение к "леди Баденох" лорд процедил сквозь зубы.
Вот не зря в народе месяц май считали неблагоприятным для начала семейной жизни. Горечь и мучения сулила судьба таким парам. Мормэр Ментейта упокоился на полную луну, а нынче луна пошла на убыль, как, похоже, и надежды на благополучие новоиспеченной леди Баденох. Дурные приметы словно сговорились.
Все в зале замка замерли, боясь вызвать у Комина еще больший гнев. Только сестра новобрачной, Мария, пискнула.
-Доброго пути, Изабелла, я буду молиться о твоем счастье.
-Молитесь за себя, девица! - Уолтер Комин впервые обратился к сестре жены. - В течение месяца я дам распоряжения на счет вас.
Потом обвёл взглядом присутствующих и добавил.
-И на счет остальных.
В полном молчании лорд и леди Баденох в окружении немногочисленной охраны покинули Инкталлу. Казалось, худшего дня в жизни Изабеллы быть не могло.
Годами позднее, вспоминая, Изабо начинала посмеиваться, ведь самое неожиданное и удивительное ее ожидало совсем вскорости.
Уолтер быстро обнаружил, что его юная жена не привыкла к седлу и дальним переходам. И, как только небольшой отряд во главе с лордом пересек границу графства, сомлевшую, едва сдерживающую слезы и стоны девицу Уолтер пересадил впереди себя.
И вот тут начались странные вещи. Суровый Комин укутал Изабо своим плащом, а под зад ей подложил, аккуратно свернув, ее же накидку.
-В таком виде, мадам, путешествовать в Баденох непредусмотрительно и глупо, вы же не на прогулку в сад собрались. И да, не принимайте сей факт заботы на свой счет. Я просто рачительно отношусь к своей собственности.
От слов супруга Изабо вздрогнула, а когда руки Уолтера прошлись по ее спине и бокам, фиксируя Изабо в седле, она позабыла как дышать.
За весь день отряд ни разу не остановился на привал, не подкрепился и не дал лошадям отдыха. С первыми закатными лучами над холмами, у Изабеллы заурчало в животе, ведь она не ела с вчерашнего утра, занятая хлопотами свадьбы и отъезда. В монастыре они ели по раз и навсегда установленному распорядку, а в Инкталле, родовом замке, последние два дня она трагически картинно отказывалась от трапезы, демонстрируя свое горе. Дура...
-Даю вам еще один совет, мадам, и, судя по вам, видимо, не последний, - Уолтер перехватил поводья в одну руку, дотянулся до седельной сумки и протянул Изабо тонкую полоску вяленого мяса. - В пути женщины обеспечивают уют мужчинам, заботятся о провизии и тепле, а не наоборот. Муж защищает границы, в которых жена дает ему отдохновение от забот.
Вот так, закутанная в плащ, с куском в руках молодая супруга лорда Баденох прибыла в свой новый дом.
Нельзя сказать, что Изабелла хоть что-то знала о своем внезапном суровом муже. Бывала б она при дворе Александра II в Стерлинге, то лорд Баденох Уолтер Комин вызвал бы еще больший трепет и опасение. А, главное, Изабо смогла бы приготовиться к встрече с одним из обитателей замка Рутвен.
У каждого народа есть странные обычаи, что пришли из глубины веков. Предки шотландцев пугали соседей-англичан не только своим воинственным духом и внешним видом, но и традициями быта и семьи.
То, что кто-то в просвещенном тринадцатом веке вспомнит и воплотит один из самых диких обычаев, не могло прийти в голову не только Изабелле, но, похоже, и Уолтеру Комину. Или нет?
Как только отряд пересек подвесной мост и поднятую решетку над воротами Рутвена, лорд Баденох бесцеремонно столкнул Изабо из седла. Юная леди едва не свалилась под ноги коня супруга, запутавшись в плаще.
Но стоило ей сделать всего пару шагов по направлению к лестнице, как из окна над массивной окованной дверью на нее полилась грязь, помои и посыпался мусор.
Сверху из окна послышалась какая-то народная песенка, которую заглушил раскатистый хохот за спиной Изабеллы.
Вообще-то, злое, но в тоже время шуточное действо под названием "Очернение невесты", проводилось до свадьбы и далеко не по всей Шотландии. Невесту выводили на улицу и обливали с ног до головы помоями. Если уж невеста выдерживала такое испытание, то и все тяготы замужества могла перенести высоко подняв голову. Забавы крестьян.
Вот так и встала столбом посреди двора-колодца молодая супруга лорда. Отяжелевший мокрый плащ сполз к ногам, по волосам, выбившимся из-под расшитого койфа текли нечистоты, а платье безнадёжно было испорчено. Порывы уже ночного ветра с гор в миг выстудили Изабеллу, а вонь стояла невыносимая.