Шумное торжество, перешедшее в попойку, закончилось тем, что молодых на руках затащили в спальню, но оставлять их один на один не торопились. Очень интересная традиция существовала в Шотландии - там друзья и родственники всеми, доступными способами мешали провести молодоженам их первую брачную ночь. Сразу они не позволяли молодым уединиться, а если им это удавалось – шумели и кричали, мешая наслаждаться друг другом. Все прелести первой брачной ночи они могли почувствовать только тогда, когда гости уставали от веселья.
Напуганные, уставшие дети, подбариваемые родичами шутками и скабрезными напутствиями, едва понимали что они делают. А когда гости угомонились и заснули тут же у кровати, на лавках и даже в ногах у молодоженов, Уолтер тихо заплакал, уткнувшись в тонкую шею Мод.
На скольких бы свадьбах не присутствовал Уолтер Комин в своей жизни, он покидал торжество почти сразу после заздравных тостов, ссылаясь на неотложные дела.
Он не хотел этой девочки по имени Изабелла. Она красива и чиста, но, главное, она подарила лорду Баденоха титул графа и жирный кусок в виде графства Ментейт.
Уолтер подхватил закутанную в покрывало девушку и перенёс на кровать. Изабелла вздрогнула и проснулась, хотела что-то сказать, но Уолтер приложил палец к ее губам.
-Мадам, вы вероятно утомились с дороги, отдохните. Но утром, мы должны предстать перед подданными полноценными супругами. Я разбужу вас, не беспокойтесь.
И тогда Изабо согласно кивнула и пролепетала, включаясь в свою привычную игру.
-Я не беспокоюсь, вы знаете что правильно и как подобает. Я отдала себя вам у алтаря всецело и полностью полагаюсь на ваш опыт отныне во всем.
Ну, кто из мужей не хотел бы услышать такое?!
Утром лил дождь, камин прогорел и остыл, а в воглой постели дрожала от холода, стыда и обиды Изабелла Ментейтская.
И вот это называют актом любви? Вот к этому стремятся мужчины и женщины всех возрастов и сословий? Вот такое воспевают труверы?!
Меж ног саднило, на левой груди наливался синяк, сорочка испорчена пятнами крови... А Изабо морщилась, вспоминая сопение лорда, тяжесть его тела и бесцеремонную грубость рук.
Хорошо, что быстро, хорошо, что от нее потребовалось просто лежать и терпеть, принимая. Как там у знаменитого французского трубадура? "Слились в экстазе страсти"?
Оставалось только надеяться, что именно эту часть супружеского долга придётся исполнять как можно реже...
И да, ее никто больше не увидит в Рутвене униженной, испуганной, грязной и беспомощной!
Поэтому Изабо сползла с кровати, замыла прямо на себе сорочку, рассмотрела свое испорченное свадебное платье и только тогда вспомнила, что сундук с одеждой остался в главной зале.
Она уже была готова, снова завернувшись в покрывало, спуститься вниз, как дверь открылась и два охранника, под руководством круглолицей, раскрасневшейся служанки, внесли приданное леди Комин в спальню.
-Леди, я к вашим услугам, - проворковала служанка, закатывая рукава, - Нам нужно поторопиться с утренним туалетом. Приказ лорда!
В родном Инкталле Изабелла бы тот час отдалась в руки заботливой служанке, что знала девушку с младенчества. Но здесь Изабо - леди этого замка, хозяйка, а, значит, никаких слёз, жалоб и демонстраций беспомощности быть не может.
- Приготовь таз для умывания, котт из цветов герба Баденох и дай мне шкатулку с украшениями, - все просто, надо вспомнить матушку и сыграть в настоящую леди.
***
Сказать, что маленький Рутвен был прямо оплотом и эталоном современной фортификации, было нельзя.
Из-за каменистой почвы отсутствовал ров, в квадратном дворике не нашлось места для паласио лорда и его семьи, а колодец непростительно опасно находился за стенами замка.
Подобие часовни в виде комнаты в главной башне совмещалось и со спальней хозяина и с переходом на смотровую площадку.
Все было настолько тесным, пригнанным впритык и узким, что Изабелла в первые несколько дней обошла каждый уголок Рутвена. Прогулялась по галереям стен от надворотной башни и назад, заглянула в наружную башенку, где расположился склад.
Значит, не боялся лорд Комин нападения, раз фланкировку использовал для хранения барахла. В вечер прибытия в замок, Изабелла приметила, что и лестница в донжон не высокая и довольно широкая, такую не сломаешь, закрываясь от неприятеля.
Как странно, как странно, девушку никогда не интересовали подробности устройства ее родного дома. Она росла, смотрела, слушала и, казалось, пропускала мимо ушей. А вот ведь вспомнила, сравнила. Нет, Рутвен долгой осады не выдержал бы, если б не сама местность гористая, с узкими ущельями и изгибом реки, затрудняющим подход к замку. Со стены видны были пара поселений замкового люда в низине, над крышами вился дымок, а поля были распаханы.