Отчего бы и не наградить верного подданного, тем самым еще раз перессорив клан Коминов? Пусть грызутся между собой и не вмешиваются в дела королевства.
Тихая Мод тихо отошла в мир иной по дороге в Йорк со свитой короля. Похоронили в каком-то аббатстве по пути следования. А Уолтеру доверили патронаж над малолетним наследником трона, следующим Александром королем Шотландии. Быстро стерся из памяти двора факт, что и сам Комин имел сына.
В редкие посещения Рутвена лорд тщательно проверял как идёт воспитание мальчика, насколько он богобоязнен и покладист, а так же каково здоровье Генри.
Но никаких отцовских чувств к ребенку не испытывал и, изначально, не рассчитывал на того, как на наследника.
А Генри Комин рос смышленным и чувствительным мальчиком, рано осознавшим свое шаткое положение, быстро принявшим игру в дурачка, чтобы не злить отца и не становится в его глазах соперником.
Старый капеллан Хью, кухарка Брайди, да парочка пастухов-сверстников составляли мир Генри Комина. Но, похоже, и они не знали о происхождении мальчика.
А характер Генри наследовал клановый: упрямство, любознательность, хитрость и умение приспосабливаться.
Можно убить отца и заявить права на лордство Баденоха и замок Рутвен, но придется сражаться с многочисленными Коминами, которые не помнили и не знали такого своего родича.
Можно прожить незаметно за стенами замка, но до тех пор, пока лорд Баденох не захочет использовать Генри в своих целях.
И этот день настал.
Изабелла Ментейтская - такая же пешка в играх лорда Баденоха, как и Генри. Но ее, рано или поздно, надо будет представить королевскому двору, как доказательство легитимности опекунства над Ментейтом. А вот Генри, выполнив свое поручение, не рассчитывал, что останется в живых.
Отцу было уже за сорок, почти старик, мужские силы покидали это тело, а юный Генри еще не вошел в пору, когда можно было делать вызов и клану Коминов и всему королевству.
-Нет! - это было даже не отрицание предложенного, а, скорее, криком отчаяния.
Красивая графиня металась в поисках выхода из ситуации, постепенно приходя к согласию, а у Генри появился шанс отомстить отцу. Изабеллу жалко, но наследника от Генри она не получит!
-Тебя убьют, дурак!
-А я и не жил, мадам...
***
Не слишком ли судьба ко мне сурова?
Я хороша, а жизнь моя уныла:
Мне муж не мил, его любовь постыла.
Свою мечту я вам открыть готова.
Я хороша, а жизнь моя уныла:
Мне муж не мил, его любовь постыла.
Хочу любить я друга молодого!
Я так бы с ним резвилась и шутила!
Я хороша, а жизнь моя уныла:
Мне муж но мил, его любовь постыла.
/из канцоны неизвестного трувера/
Генри сопротивлялся всю зиму, выводил Изабо из себя, заставлял чувствовать себя порочной, грязной и отверженной. Никакие уговоры, лесть, угрозы на юношу не действовали.
Изабелла даже зауважала противного мальчишку!
Но срок подходил, а дело не сдвинулось с места. К концу весны она должна показать округлившиймя живот и своему супругу, который теперь совсем не навещал Изабо, и двору, что укрепит и статус лорда Баденох, и права его на Ментейт. Время шло, а Генри ускользал!
В сундуке с приданным Изабелла обнаружила две книжечки с красивыми гравюрами и поэзией труверов, как раз вошедших в моду в аристократических кругах всей Европы. Скорее всего книги были даром тихони Мари.
Как же в тех строках все было красиво, печально, хрустальной и высокопарно! Какие чувства и поступки! Невероятное преклонение перед прекрасной дамой и бесстрашное распахивание своего сердца!
А Изабо бегала за сопляком по замку, пытаясь поймать того и затащить к себе в спальню...
Генри старался не оставаться в одиночку, обитался на конюшне или кухне, прикидывался дурачком и показывая язык, передразнивал просьбы и приказы Изабеллы.
-Мадам, такие, как Генри, не от мира сего, они поцелованы Господом нашим, сжальтесь над отроком, - увещевал Изабо отец Хью, вряд ли подозревая об истинной причине конфликта между Генри и леди Комин.
Пошел лед на реке, в предгорье запахло весной, как то резко холмы покрылись зеленым пушком новой травы, меж которой сизой дымкой зацвел ранний вереск.
За неимением садика внутри замка, Изабелла иногда выбиралась погулять у внешних стен. И в этот раз она набрала соцветий, вдыхала их аромат и пыталась забыть невзгоды хоть на время.
-За тем холмом цветов больше, там я видел татарник, первоцвет и желтый дрок.
Ага, неужели Генри Комин выбрался из своего укрытия?
-Пойди и нарви мне их.
-Пойдем вместе, холм закроет нас от стен замка.
Генри подал руку Изабо, помог спуститься, а потом подняться на довольно высокий холм. Действительно, они словно спрятались от Рутвена!