Находящийся в таверне народ резко напрягся. Быстро вскочил, достав клинок, Арни и тихо свистнул. Девчонки на балконе зарядили арбалеты, находящаяся в зале команда разобрала посохи и стала широким полукругом. Я тоже переместился к двери. Раздававшаяся в зале музыка смолкла; музыканты тоже взялись за посохи.
Заскочившие мужики не обратили на нас никакого внимания. Поводя глазами по залу, выискивая нужную им личность, они двинулись по проходу.
— Что желают господа? Если поужинать, то прошу убрать оружие и проходить в зал. Если есть не желаете, то просьба освободить зал, — приставив клинок к горлу первого мужика, улыбнулся Арни.
Резко затормозив, целую минуту мужики потрясенно смотрели то на клинок, то на Арни. Судя по всему, им давно никто не оказывал сопротивление.
— Ты чё? Эта… таво… на каво?! — выдохнул первый.
Видно от потрясения мозги переклинило и слова потерялись.
— Так есть будем, или как? — подключился и я к столь содержательному разговору.
— Отвалите. У нас дело, нам найти кое-кого надо, — рыкнул мужик с мечом.
Судя по всему их вожак. Мда-а, похоже началось.
— Та-ак, мальчики. Я хозяйка этого заведения. Посетители у нас приличные, мебель и декорации мне тоже дороги как память, это значит, никаких разборок здесь не будет. Пока по-хорошему, прошу освободить помещение, — приказным тоном произнес я.
Мужики с трудом сфокусировали на мне взгляд, явно не врубаясь о чем это я говорю.
— Повторяю еще раз, на бис. Никаких драк здесь не будет. Если вы не успокоитесь и не уйдете, вас просто перестреляют, — громко и четко произнес я, показывая на балкон, где стояли пять девчонок со взведенными арбалетами.
Затем проведя рукой в направлении зала обратил их внимание на семерку приготовленных к бою парней и девочек. Оказывается арбалеты вошедшие знают, и зачем палки в руках, догадались. С минуту на их лицах отражался сложный мыслительный процесс. Похоже мозги у них все же имеются. Я махнул рукой и, как мы и договаривались, одна из девчонок выстрелила в круг нарисованный на колонне, стоящей рядом со входом, а соответственно и возле нас. Все слегка вздрогнули, услышав щелчок, обернулись, и уважительно замычали, увидев болт, торчащий в центре нарисованного круга. Затем старший криво улыбнулся и хмыкнул.
— Неплохая подготовка, и команда неслабая. Ладно, мы уходим.
Арни моментально опустил меч и отступил в сторону, а мужики развернулись и вышли из зала. Девочки на балконе присели, и их снова стало не видно за перилами и в полутьме. Команда в зале, воткнув посохи в корзины с песком, разошлась по своим делам — кто за пивом для клиентов, кто за едой. Арни опустился на свое место недалеко от входа, а я вернулся за свой столик. Те из парней, чья очередь играть, взялись за музыкальные инструменты, и в зале снова зазвучала тихая музыка.
С моего места было хорошо видно пришедшего мужика. Лицо его было скрыто в тени низко одетой шляпы, которую он так и не снял. Несмотря на слабое освещение в этом углу, было видно, что одежда на нем явно не дешевая, да и манеры его говорили о высоком рождении. Интересно, какие дела у него могут быть с бандой, что его преследовала? Я махнул одной из наших девочек, указывая на мужчину:
— Прими у него заказ.
В это время открылась дверь трактира, и в зал вошло четверо молодых людей, которых некоторые называют «золотая молодежь». Та-ак. Глядя на их морды, можно честно сказать, что сегодня явно не наш день. Ко мне подошел Рон и сообщил, что недалеко от трактира остановилась группа стражников во главе с капитаном, и чего-то ждут. Ну-у, чего они ждут, я уже догадался. Похоже, вошедшая компашка будет нарываться на скандал, а капитан — это, так сказать, завершающая сцена в предстоящем выжимании денег.
На такой случай моей команде было категорически указано и близко не подходить. Тяжело вздохнув, я поднялся, подхватил посох, и пошел к пришедшим придуркам. Вели они себя вызывающе, громко ржали, несли какую-то фигню по поводу интерьера и трактира в целом. Когда я подошел, они потребовали, чтобы их обслуживал сам хозяин этой конюшни. Постояв какое-то время рядом, и дождавшись паузы, я спросил:
— Жрать будете или как?
От неожиданности и возмущения их морды перекосило.
— Да как ты смеешь, пугало огородное, грубить господам, — чуть не захлебнулся самый шумный и наиболее пестро одетый из них.
— Мне надоело выслушивать ваш словесный понос. Либо вы заказываете, либо сваливаете отсюда, — с трудом сдерживаясь, процедил я.
У пестрого от моих слов, похоже крыша поехала: лицо начало буреть, глаза выпучились, рот перекосило. Чтобы в будущем не иметь подобных посетителей, этих надо отвадить максимально жестко. Не ожидая пока пёстрый созреет для действия, я врезал ему ногой по роже, благо он все еще сидел. Так и не встав, он рухнул на пол вместе со стулом. Его сотоварищи застыли с отвалившимися челюстями. По залу пронесся тихий — Ах!
В этот момент открылась дверь трактира, и ввалились с десяток стражников во главе с капитаном.
— Что здесь происходит? — грозным голосом заорал капитан.
Похоже эту сцену они отрепетировали основательно.
— Капитан!!! Меня!!! Благородного! Оскорбила какая-то тварь! Я требую ее смерти! Схватить ее! — почти визжал лежащий на полу.
Я с легкой улыбкой наблюдал это шоу. Заметив мое выражение лица, капитан немного растерялся. Люди, которым действительно угрожает опасность, так себя не ведут. Ситуация явно была нестандартная. Внимательно осмотрев зал и заметив девчонок с арбалетами на балконе, решил, что понял в чем дело и попробовал продолжить спектакль по старому сценарию.
— Вы нарушили закон и подлежите аресту и сопровождению в участок для разбирательств, — процедил сквозь зубы капитан.
Не исчезнувшая с моего лица улыбка озадачила его.
— В случае сопротивления ваше имущество будет конфисковано, — продолжил он уже не так уверенно.
Мое ехидно улыбающееся лицо выбивало его из колеи.
— Не торопитесь капитан, а то как бы не пришлось каяться потом всю жизнь, — усмехнулся я.
— Взять ее! — не выдержав, решился он.
— Стоя-я-ять!!! — приказным тоном скомандовал я.
Стражники, двинувшиеся в мою сторону, на властную команду среагировали мгновенно. Они еще не сталкивались с ситуацией, когда кто-либо, не имеющий права приказывать, рискнул заняться столь самоубийственным делом. Поэтому на властные приказы солдаты реагировали чисто рефлекторно. Они тоже с трудом понимали что происходит. В трактире никто не шевелился и, по-моему, даже не дышал. Все посетители, округлив глаза, следили за событиями.
— Капитан, следуйте за мной, — тоном, не терпящим возражений, высокомерно произнес я, и величественно пошел к двери в подсобное помещение. Пройдя немного и не услышав за собой шагов, обернулся.
— Я сколько раз должна вас приглашать? Не делайте глупостей, а то как бы не пришлось пожалеть.
Постояв еще с минуту, он все же двинулся следом. Зайдя в подсобку и дождавшись, когда туда зайдет и капитан, я прикрыл дверь и достал из-под рубашки королевское кольцо, висящее у меня на цепочке. Не снимая с шеи, показал ему печатку. Чтобы рассмотреть, что же я ему показываю, он нагнулся и застыл. Глаза его начали медленно стекленеть.
— Я слышала на границе солдат не хватает, — ухмыльнулся я.
Лицо капитана сначала медленно побелело, потом пошло красными пятнами.
— Я думаю, мы с вами можем договориться, — мне доставила удовольствие его реакция.
Эту скотину вообще удавить мало, но, как говорится, бизнес есть бизнес.
— Вы, я надеюсь, понимаете, что обязаны молчать о том, что только что видели, иначе вас ждет некоторое изменение места службы, — на всякий случай решил пугануть его.