— Я вижу тебя, душа, скажи имя своё. Кто ты?
В место, где, по идее, было лицо монстра я не смотрела, мне достаточно было злобного, предупреждающего утробного рычания, чтобы почувствовать его гнев. Я уводила из-под его носа жертву. А тучка тем временем сжалась и едва слышно ответила, еле складывая звуки в слова.
— Ми-и-лли...Са-ай. Монс.
Я протянула ей руку, предлагая ухватиться за неё, как за спасательный круг.
— Милли Саймонс, я готова помочь тебе перейти Грань.
Как всё это глупо выглядело со стороны, я старалась не задумываться. Сейчас всеми силами приходилось игнорировать нависшего надо мной чёрную лохматую тень, которая вдавливала меня в землю тяжёлым воздухом вокруг него. Мне казалось, будто я очутилась на вершине горы: подступившая к горлу тошнота, чёрные мушки перед глазами, и словно налившиеся свинцом руки и ноги — обычная реакция на астральных тварей. Они чуют заблудшие души и стремятся с их помощью утолить свой голод. Меф как-то рассказывал, что те, кто набирал достаточно душ, становились «младшими демонами» — своеобразное повышение в иерархии Астрала. А я стала помехой одному из них. Благо пока оно не знает, что я его вижу, вреда мне причинить не сможет. Ему только и остаётся, что беситься.
Но в данный момент меня это совершенно не волновало. Моё слово для заблудшей души стояло выше желания чёрной тени, и «тучка» просочилась сквозь крючки-лапы истязателя. Едва коснувшись кончиков пальцев, серое облако растворилось, напоследок мелькнув прозрачным, сотканным из лучиков рассветного солнца обликом юной девушки с безобразной рваной раной на горле.
«Что за зверь с тобой такое сотворил?!»
Следом за душой исчезла и тень, в последнем рывке попытавшись рассечь меня своей лапой. И, естественно, без толку. Я поймала себя на мысли, что всё ещё удивляюсь тому, насколько же хрупки правила Астрального мира. Ты в безопасности, пока «Они» не знают, что их видят и слышат. Но как только это заметят и обретут «знание» — смогут сделать практически что угодно.
— И зачем я влезла в это? Ладно, сначала выясню, что за дом мне достался, потом разберусь с историей несчастной Милли.
Вернувшись в квартиру, я закончила мелкие дела: предупредила миссис Грэйграсс о Пайпер, собрала минимум вещей и документы и отправилась в неизвестность на арендованной машине.
Несколько утомительных часов в дороге, и я въехала в непримечательный мелкий городок, о чём меня оповестила полустёртая и покрытая местами мхом деревянная табличка с приветствием. И если в дороге я попала под дождь, то в самом Рейнвуде, наоборот, было ярко и солнечно. Я остановилась практически сразу после таблички и, достав телефон, собиралась посмотреть по карте ближайшую гостиницу, но шкала сети была полностью серой.
— Да что за... Мне казалось даже в глухом лесу возможно поймать сеть! Может, в самом городе получше будет?
Время неуклонно двигалось к вечеру, а я только добралась до похожую на центральную площадь улицу. Хотя площадью это можно было назвать с натяжкой. С одной стороны расположился чуть больше обычного домика продуктовый магазинчик, гордо именующийся «Супермаркет», а на противоположной стороне, несколькими одинаковыми строениями дальше, расположился бар. Мне надо было понять, где я смогу быстрее узнать про Нортона Селемана.
Глава 4 Первое знакомство
Выбор был невелик, поэтому для меня было очевидно, что быстрее всего я узна́ю о нужном мне человеке в баре. Учитывая, что мой телефон так и не соизволил поймать хотя бы мало-мальский сигнал, а значит, источником всех новостей и сплетен служило именно это питейное заведение с безвкусно украшенной разноцветными лампочками вывеской. Я ощущала себя как в романах про попаданцев в прошлые века, только мне «повезло» оказаться примерно на пять десятков лет назад в маленьком городишке, вместо какого-нибудь роскошного особняка века так восемнадцатого-девятнадцатого. Возможно, полвека назад это место было приятнее, дружелюбнее, со своей ретроатмосферой, но сейчас я словно смотрела на выцветшие от времени фотографии ба. Мне, не имеющей никаких воспоминаний, ниточкой связывающих с этим местом, всё вокруг давило удушливой тоской и безнадёжностью. Интересно, чтобы ощутила Тереза, если бы вернулась в этот городок? Сжималось бы её сердце от вида знакомых улочек, обветшалых домов и потрёпанной от времени дороги, давно уже молящей о реконструкции? Или душа ба осталась бы глухой к зову родных мест?