Припарковав машину у одноэтажного домика, покрытого трещинами, как морщинами, я направилась в сторону бара. Невольно я отметила, что людей было очень мало на улице, отчего создавалось ощущение опустошения. А те, что были, украдкой кидали в мою сторону подозрительные взгляды.
«Да уж, от местного дружелюбия жарко как в мороз...»
Я даже осмотрела, вдруг что-то не так было в одежде. Но нет. Всё было в порядке, а потому я перестала как-то реагировать на прохожих и продолжила путь.
Подойдя к потрёпанному зданию бара, я с удивлением обнаружила, что время работы ограничивалось с восьми утра и до девяти часов вечера. Это мне показалось очень необычным для такого-то маленького города. Но так как часы показывали семнадцать часов, времени у меня было предостаточно, и я шагнула через облезлый и стёртый от старости порог, толкнув вперёд скрипучую дверцу.
В нос тут же ударил запах дешёвых сигарет, перебивавший прочие запахи, смешавшиеся с затхлым старым деревом и алкоголем. Немногочисленные посетители были погружены в свои разговоры и не обратили на меня никакого внимания. Зато обратил внимание бармен, и, судя по его возрасту, он же и являлся хозяином заведения. Суховатый мужчина улыбнулся, приглашая меня присесть за стойкой. Только вот глаза его совершенно не улыбались, с таким взглядом он вполне мог бы и ружьё на меня наставить, будь мы в мире Дикого Запада, например.
— Леди, я вас раньше не видел, вы только приехали? — без предисловий обратился он, протирая сероватой тряпкой стакан.
Точно очнувшись от сна, несколько пар глаз уставились на меня со странным выражением, я ощутила себя как овечка среди волков. Невольно повела плечами, скидывая липкое неприятное чувство, и присела перед барменом на свободный стул.
— Да, меня зовут Алиса Мейер, и я ищу Нортона Селемана, могу узнать, где мне его найти?
— И зачем же это такой юной леди понадобился наш Охотник?
— Охотник? Простите, наверно вы меня не так поняли, Нортон мне нужен по другому делу, с бумагами... — я не хотела распространяться о причине моего пребывания преждевременно.
Голос неожиданно подала пожилая женщина, сидевшая через два стула от меня. Её лицо отпечатало многолетнее плотное знакомство с алкоголем.
— Жорж, а ты с каких пор заделался секретаршей Нортона? Давно уже ему задницу лижешь, как пёс подзаборный?
— Пасть закрой, Марг! Нечего брызгать ядом, раз не вышло задержаться в койке Нортона. И можешь больше не выпрашивать у меня бесплатного пойла. Совсем сбрендила.
Жорж сказал всё это без единой эмоции, только мельком кинутый в сторону женщины взгляд выражал, как мне показалось, бесконечную усталость. Видимо, такого рода диалоги у них не впервой. Марг хмыкнула и тут же зашлась сухим кашлем.
— Я готова немного заплатить за информацию... — я аккуратно попыталась вернуть разговор в нужное мне русло.
— Уберите деньги, леди. Я и так скажу. Нортон, можно сказать, наш мэр, так что не ошибся, все документы и бюрократия проходит через него, только сейчас вы к нему не попадёте. Даже если очень захотеть. Лучше утром подходите. Отсюда направо и дальше по улице увидите двухэтажный дом — его резиденция.
— Хм, ладно. А где у вас гостиница, или у кого могу снять номер до завтра?
Всё это время Марг пристально смотрела на меня, и в этот момент неожиданно наклонилась в мою сторону. Я даже отшатнулась, мне показалось, что она сейчас просто завалится на пол. Её хриплый прокуренный голос неприятно зашуршал:
— Простите полоумную старуху, но вы так похожи на одну мою знакомую... Вы, случайно, не родственница Хэнкс?
«Вот же, Бездна! Не хотелось бы раскрывать...Хотя с другой стороны, может, что-то узна́ю».
— Да... Я двоюродная внучка Розарии Хэнкс.
— О нет, я имела в виду не эту бездумную клушу, а Терезу? Тереза Хэнкс — твоя родственница?