— Твоя минута на прихорашивание закончилась десять минут назад, малышка, — через три широких шага Меф распахнул окно, и свежий воздух ворвался в комнату, приятно охладив голову.
— Просто мигрень достала меня.
— Не удивительно. Поменьше стоит не в свои дела влезать, тогда и всякая дрянь цепляться не будет.
— О чём ты?
— О мыслях, моя дорогая ведьмочка. О мыслях... — он сказал это таким таинственным голосом, направляясь обратно к двери, что я сразу поняла — речь была о другом.
Больше головная боль не возвращалась.
Уже через двадцать минут наша компания подходила к дому, где остановился Бран.
Таунхаус оказался таким же обветшалым, как и другие соседние дома. В который раз я поймала себя на предчувствии чего-то неправильного в этом городе. Отсутствие какого-либо целой, не искорёженной временем, детали во всём городе — было по меньшей мере странно. Он словно гнил изнутри, разваливался, пораженный неизвестной заразой. Стоячая вода превращается в болото. Рейнвуд можно было назвать болотом. Пока весь мир мчался вперёд к развитию и обновлению, это место застыло в своём времени, законсервированное и отрезанное от всех.
Розовая полоска заката медленно таяла за темнеющим вдалеке лесом. От одной мысли, что где-то там живёт чудовище, растерзавшее Грега и ранившее Мефисто, становилось не по себе.
У самых дверей Бран замедлился. Только по дрожащим кончикам пальцев я поняла, что он боится. Другие бы уже бежали прочь из города сломя голову, столкнувшись с неизведанным. Но не Бран. Он первым делом прибежал ко мне, желая забрать от этого ужаса и не ведая, что я знакома с тьмой гораздо ближе и дольше, чем можно вообразить.
— Может тебе лучше не видеть её?
Бран подал голос, вырывая меня из задумчивости.
— Ты забыл? Я патологоанатом, видала всякое.
— Такого точно не видела.
Он сказал это с такой обречённостью, что я не выдержала, накрыв его руку своей, пытаясь подбодрить.
— Я обещала тебе кое-что рассказать, думаю уже пора...
Меф фыркнул. Но не стал язвить. Видимо понимал, что не стоит.
— Бран, ты ведь веришь в Триаду? Если не брать в расчёт, что это твоя работа.
— Как человек — я не готов слепо доверять свою жизнь воле Триады. Ты же знаешь, Алиса: я пошёл в служители веры из-за родителей. Не хочу, чтобы кто-то мог исковеркать писания Триады ради своих целей, запутывая умы людей.
Да, я знала причины его выбора. Родители Брана отдали все последние сбережения и даже заложили квартиру в пользу секты. Но хуже всего досталось его старшей сестре Белл — попавшей в сексуальное рабство главарей. И даже после ареста всех виновных, она долгое время проходила реабилитацию, считая себя грязной и недостойной прощения Триады — настолько ей промыли мозги эти твари. Бран избежал всех ужасов благодаря тёте: она забрала его под свою опеку и увезла в другой город. Ему было только тринадцать. Тогда я с ним и познакомилась. А теперь мне надо было вновь пошатнуть его веру в порядок, к которому он так привык.
— Прости, за то, что услышишь сейчас. Я, возможно, должна была раньше об этом сказать, и тогда ты бы понял причины нашего расставания.
— Что бы ты не сказала, тебе незачем извиняться передо мной.
— Спасибо... — я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы выпалить всё на одном дыхании. — Я ведьма, Бран. Моя ба и мама тоже. Мы заключили контракт с Астралом, получили силу и защиту. И я вижу духов умерших.
Бран остановился, — как и ожидала, — с недоверием глядя на меня. Он словно сканировал меня, выискивал ложь в словах, мимике, жестах. Я уже готова была пожалеть о решении открыться ему, но помощь пришла с неожиданной стороны. И очень неожиданным образом. Мефисто притянул меня спиной к себе, развязно приобняв за талию.
— Знал бы ты, дружище, как много она задолжала Астралу, и чем расплачивается. Ей не по пути с тобой, святоша.
— Руки убери от неё. — взгляд Брана переменился, стал острее холодного ножа.
Даже после того, как я тут же сбросила с себя руку Мефа, Бран не переставал сверлить джинна взглядом. Меф продемонстрировал самодовольный оскал и, не отрываясь от лица Брана, лениво растягивая слова, напомнил мне о моём собственном уговоре:
— Ты же помнишь, что пообещала мне, ведьмочка?
Мне захотелось заткнуть джинну рот, лишь бы он не ляпнул при Бране лишнего.
— Я помню, Меф. Прекрати паясничать.
— Ладно-ладно, не злись ты так. Я не буду рассказывать наш с тобой маленький секрет. Кроме одного...
— Меф, я приказываю, заткнись!
На это он рассмеялся, словно только что выиграл спор.