Но уточнять это я не стала. Мы и так теряли драгоценные минуты собственного спасения. Неожиданно Ильд высказал идею:
— Я предлагаю отвлечь жителей от машины, а вы проберётесь в неё и захватите меня по дороге.
— Что? Ты хочешь стать приманкой?
— Меня они не заподозрят в предательстве, я же один из них.
— Но как ты себе представляешь... то есть, каким образом нам подобрать тебя, не привлекая внимание?
— Подъедете по параллельной от центральной улицы к моей работе, там я буду ждать.
— А ты весьма самоуверен, раз веришь, по сути, незнакомцам. — Бран подался вперёд, точь-в-точь повторяя защитное движение Мефисто в доме старухи.
— Вы всё равно не сможете покинуть Рейнвуд без меня.
— С чего бы это? — Я напряглась.
— Ещё ни один человек не покинул его, как только пытался приблизиться к границе. По крайней мере живым.
— Обнадёживающе… — я была готова взмолиться любым богам и демонам, лишь бы не услышать об очередной сложности вдобавок к имеющимся.
— Разве?
— Это был сарказм, Ильд. Хорошо, предположим, мы тебе верим.
— У вас просто нет выбора и времени на споры.
Ильд развернулся и пошёл прочь от стонущего в огне дома тем же путём, как и пришёл. Нам оставалось только ждать его действий. Я вновь попробовала связаться с Мефисто, но мёртвая тишина стала мне ответом.
«Да чтоб тебя!»
Бран крепко сжал мою руку и в его светлых глазах я прочитала нужную мне поддержку. Как же я скучала по безусловному пониманию. Не пытаться что-то доказать, казаться сильной, а просто раствориться хоть на одну минуту в нежности и безопасности.
Со стороны дороги послышался шум, среди которого я смогла различить голос Ильда и, — что стало неприятной неожиданностью, — Маргарет. Спрятавшись в тени деревьев, мы видели, как несколько человек побежали вслед за долговязой фигурой гробовщика.
— Кажется, пора.
— Да. Не хочу больше испытывать свою судьбу.
Огибая дом, который стал похож на огромный факел, пламя которого чудом не перекидывалось на соседние постройки, я и Бран поспешили к машине.
Слава Триаде — эти психи ничего не сделали с ней. Может забыли, или были уверены, что им не понадобиться выводить её из строя. В любом случае нам это было только на руку.
Фырча, моя малышка завелась с пол-оборота. Бран хотел было сесть за руль, но я оказалась быстрее. Я бросила прощальный взгляд на дом, хранивший когда-то секреты и память о Терезе Хэнкс. Во всполохах огня мне почудилась чёрная фигура в глубине коридора. Женская фигура. И она тянула ко мне руки. Но стоило проморгаться, как она исчезла.
— Ты в порядке?
— Нет, Бран. Я не в порядке. Но уехать смогу. Держись.
Я заставила мою машинку резво сорваться с места и направила прочь из этого злополучного города.
«Прости Ильд, но я тебе не верю!»
— Что ты делаешь, Алиса? Разве мы не должны забрать того парнишку?
— Нет, мы сейчас же уезжаем из города!
— Алиса...
— Бран, давай без нравоучений! Я не могу ему полностью доверять, пойми! Он сам сказал, что один из них, разве ты станешь рисковать собой ради незнакомца, ещё и в таком странном городе?
— Ты уверена, что то, что ты делаешь — правильно?
— Нет... Нет, Бран. Я совсем не уверена. Но разве я могу поступить иначе?
— Тебе решать. И жать дальше.
— Жить. Вот именно, Барн! Жить!
Бран ничего не ответил, просто смотрел в лобое стекло с нечитаемым выражением. Но что у него всегда получалось отменно, так это посеять зёрна сомнений в мои решения, которые прорастали колючими лианами и постоянно царапали сердце. Если бы во мне не было пресловутой совести, Бран мог её заменить успешно. Одно из тех качеств, которые я в одно время любила, а в другое — ненавидела.
Но не в этот раз!
Стиснув зубы до ноющей боли в челюсти, я смотрела вперёд на дорогу и видела в ней своё спасение, в то время как в душе боролась с главным своим противником — совестью.
Как и предсказывал Ильд, — покинуть границы Рейнвуда нам не удалось. Едва мы покинули город и вокруг нас вырос лес, из ночной пелены нечто огромное врезалось в бок машины. Я почувствовала болезненный толчок, ощущение невесомости, и удар, который мгновенно отправил меня в беспамятство. В тот момент не знала ещё, что жизнь будет принадлежать мне ровно до рассвета.
14 Завеса прошлого
Голова раскалывалась, казалось, что череп вот-вот лопнет от распирающего изнутри давления, как перезревший арбуз. Ни темнота, ни холодный ветер, царапающий открытые участки кожи, ни шебуршение на фоне — не давали мне хоть какого-нибудь облегчения.