Степан Аркадьевич, стоявший рядом с шефом, недоверчиво усмехнулся:
– На месте разберемся.
…
На пороге обшарпанной, выкрашенной в «серо-бурый» цвет, районной больницы их встречал главврач. Он суетливо забегал, приглашая высоких гостей проследовать за собой. Не часто люди такого уровня посещали их больницу. Главному врачу было страшно: если девочка умрет, папаша-олегарх будет искать крайнего, и вряд ли им окажется один человек. По длинному коридору они прошли в реанимацию. В отделении жутко воняло хлоркой, видимо, к их приезду наводили чистоту самым известным «советским» способом. Ира лежала за шторкой, отдельно от других пациентов. Со стороны и правда показалось – девочка спит. Валенский кинулся к дочери и прижал девочку к себе.
Главный врач извиняющимся тоном забормотал:
– Может, у нас и нет дорогостоящего оборудования, но врачи хорошие, делаем что можем.
Уставший мужчина в белом халате отделился от столика в углу:
– Я дежурный реаниматолог, – представился он.– Девочка в таком состоянии уже шесть часов. Витальные функции не нарушены, но она постепенно слабеет. Медленно, но снижается давление и пульс. Чтобы мы не делали, процесс не останавливается.
Степан Аркадьевич легонько отодвинул сопротивляющегося Яна, раскрыл свой чемодан, охранники прикатили привезенную из Москвы аппаратуру. Началось обследование. Постепенно появлялись все новые и новые сотрудники районной больницы. Они с нескрываемой завистью рассматривали столичное оборудование.
– Вот бы нам! – от и дело перешептывались люди. – Сколько народу бы спасли,- слышалось со всех сторон.
Главный врач цыкнул на подчиненных, и они неохотно разошлись по рабочим местам.
Ян смотрел только на дочь, он ждал приговора Степана Аркадьевича.
– Ян Карлович, – семейный врач покачал головой, – я согласен со своим местным кол-легой. Все вроде бы в норме, но показатели действительно снижаются. Если так пойдет – она может не встретить завтрашний день. Надо ехать ко мне в клинику.
–У вас есть реанимобили, уважаемый? - обратился он к главному врачу.
Мужчина покраснел как рак:
– Нет, на станции скорой помощи только «уазики». Были «форды» – по нацпроекту получили, но они развалились после первой же зимы. А ремонтировать не на что. Вы же понимаете, здесь не Москва.
– Это мы уже понял – не столица, – щека Валенского задергалась. – Тогда какого черта фестивали устраивать? – Ян почти кричал.
Внезапно дежурный реаниматолог гордо вскинул лысеющую голову:
– Реанимобилей нет, не нравится! Да у нас и лекарств тоже нет! Вам москвичам начхать на провинцию. А сами вы! О том, что за детьми следить нужно, не слышали?! Охрану они видите ли вместо нянек используют! – «выпалил» гневную тираду доктор.
Главный побелел, а охрана Валенского уже приготовилась «разорвать» наглого врача.
Ян весь напрягся и вдруг обмяк:
– Нет времени на дебаты. Оборудование оставляем здесь, берем только необходимое, поедем на аэродром в джипе, – отдал распоряжение он и опять подошел к дочери.
Закипела работа: Иру положили на каталку и быстро побежали к выходу. Степан Аркадь-евич собрал свой чемодан и забрал портативный аппарат искусственного дыхания. У выхода из реанимации Ян обернулся и обвел рукой оставленное оборудование:
– Пользуйтесь, реаниматолог! – сказал он растерянному, от такой щедрости, доктору, – Нечего в двадцать первом веке людей голыми руками лечить.
…
Громко хлопнула железная дверь. Главный врач схватился за голову:
– Ну, ты Николаич, как всегда! Да, ты знаешь кто он! Нас бы тут сейчас как кроликов удавили, – схватился он за сердце. – Мне с области звонили, такого наговорили. Специалистов своих послали, но хорошо этот быстрее успел. Что я теперь им скажу, без согласования увезли, – мужчина продолжал бессвязно бормотать, на самом деле, радуясь - зная сколько занимает подобное"согласование".
– Да замолчи ты уже, Парамонов, – реаниматолог ходил вокруг оставленного оборудования и любовно его поглаживал, – ты посмотри, какое богатство!
– Да, богатство?!– Тут Парамонов неожиданно подскочил, засуетился:
– Лена, Дима! – крикнул он санитарам. – Сюда быстрее!
Появился испуганный персонал.
– Так, до отъезда областных все прячем. Иначе заберут «крохоборы», – укоризненно покачал головой главный и забегал вокруг неожиданно свалившегося богатства.