Виктор резко поднял голову. Он лежал на кровати голой задницей вверх, подмяв под себя одеяло. Оглядевшись по сторонам, он понял, что его выкинуло из крепкого сна чириканье воробья, который сел у порога балкона.
- Кыш! – махнул он рукой, и птичка испуганно упорхнула в небо, - Будешь меня ещё будить…
Лениво застонав, он перевернулся на спину и уставился в потолок: «Поесть, а потом в путь. Она ещё здесь?». Мужчина сел на край кровати, и потёр ладонями лицо. Подойдя к раковине в ванной комнате, он открыл кран, и плеснул себе в лицо прохладную воду. Оставив стекать холодные капли, он посмотрел в зеркало. С той стороны смотрел на него невыспавшийся мужчина с мешками под глазами. Его шрам на пол лица тянулся ото лба, до левого уголка губ, пересекая один из его карих глаз. Левый глаз удалось чудом спасти, когда Виктор успел отклониться назад от врага, который ловко махнул острым лезвием катаны снизу вверх. Когда-то у Ноара был конфликт с бойцами китайской мафии, и вечером, в одном из Нью-Йоркских переулков, произошел изощрённый бой. Кстати, в тот момент, когда Виктор закончил с одним китайским парнем, и повернулся к другому с мечом, именно Сара ухватила его за шиворот и успела резко отдернуть назад, не дав Ноара потерять глаз. Он так и не поблагодарил её, но всегда помнил об этом случае. И сейчас, стоя напротив зеркала и опираясь своими большими грубыми ладонями о края раковины, он почему-то вспомнил этот момент.
Натянув на себя спортивный костюм, Виктор спустился по ступенькам вниз в столовую. На месте хозяина дома уже сидел его отец, и намазывал масло на тост. Он посмотрел на сына исподлобья, не прерывая процесс:
- Доброе утро, сын.
- Доброе, отец, - ответил Виктор, и сел на своё обычное место - справа от отца.
Он осмотрел содержимое стола: тосты, масло, мясная и сырная нарезка, жареные яйца и свежий летний салат. Но напротив он так же увидел ещё чистые столовые приборы с тарелкой. Виктор сразу понял, кому они принадлежат, и молча взял в руки тост.
В восемь утра прозвенел будильник, и Сара спустилась вниз. Она надеялась, что все ещё спят, и хотела поехать в свое любимое кафе позавтракать. Но когда она появилась у арки столовой, которая находилась по пути к выходу, девушка застыла на месте.
- Доброе утро, - быстро сообразила она.
Увидев её, Рига положил свой тост на тарелку и улыбнулся:
- Сара, доброе утро.
Он указал рукой на место слева от себя:
- Прошу, позавтракай с нами.
Девушка взглянула на место, предназначенное ей, и послушно присела на стул. Виктор с равнодушным лицом посмотрел на девушку, сидящую напротив, и отвел взгляд, закинув в рот кусок бекона. После бессонной ночи у Сары дико болела голова, и слипались глаза. Взяв в руки чашку с горячим кофе, она сделала глоток. От удовольствия, того, что ей сейчас было необходимо именно это, девушка прикрыла глаза и облегченно выдохнула. Рига взглянул на Сару и ухмыльнулся уголком губ:
- Тяжелая ночь?
- Бессонница, - ответила девушка, и сделала еще один смачный глоток.
Дон наколол кусок жареного яйца и закинул в рот. С полным ртом он указал вилкой сначала на Сару, а потом на Виктора:
- Не зная вас, я бы подумал, что вы провели ночь вместе…
Виктор подавился черри, которая при укусе, во время слов отца, она брызнула ему прямиком в горло. Сзади Риги послышался смешок Джены, которая несла к столу свежеиспеченную партию тостов. Сара уставилась на кашляющего Виктора, а дон Рига подмигнул Джене, смеясь вместе с ней. Сара слегка улыбнулась шутке дона, и положила несколько кусочков колбасы на хлеб. Виктор нахмурился и хлебнул кофе.
- Что у нас сегодня? – спросил дон.
- Съездим на новое место, - ответил Виктор.
- Да, - задумчиво кивнул Рига, - Займитесь этим.
Плотно позавтракав, Сара и Виктор вышли из дома, и каждый молча направился к своей машине. Открыв дверь, Сара не глядя на него крикнула:
- Я за тобой!
Она села в свой серый Volkswagen Arteon, подаренный ей когда-то на день рождение самим доном Ригой, пристегнула ремень безопасности и завела мотор. Сначала нужно было заехать в штаб-квартиру за остальными. Сара плелась за машиной Виктора в непонимании и возмущении, почему он ехал так медленно. Не спеша, он останавливался на каждом светофоре, двигался максимум восемьдесят километров в час по крайней правой полосе, будто совсем не спешил на работу. Но Сара терпеливо следовала за ним, пытаясь держать самообладание.