Волчонок обогнул стадо. Овцы сгрудились ещё теснее. На трибунах послышались возгласы разочарования.
— Гони, гони! — кричал скотник.
Волчонок гавкнул на стадо. Овцы не подчинились и лишь теснее прижались друг к другу, перебирая тонкими ногами и жалобно блея. Голодный волчонок кружил вокруг стада и кусал овец за ноги. Это было не по правилам. На трибунах засвистели, требуя снять собаку с соревнований. Растерянный скотник не понимал, что происходит.
Овцы разбудили в волчонке древние инстинкты. Он врезался в центр овечьего круга и одним рывком головы порвал шею овце. Хлынула кровь. Овцы разбежались по загону. Волчонок догнал следующую овцу и зарезал её острыми клыками.
На трибунах запаниковали. Женщины и дети с визгами покидали свои места. Мужчины вооружились палками. Внутрь ограждения заходить опасались, надеялись напугать хищника: шумели, грозили. А волчонок губил одну овцу за другой и не мог остановиться, словно заготавливал впрок для себя и хозяина.
— Ко мне, ко мне! — кричал скотник.
Волчонок его не слушал. Один из милиционеров прицелился в волчонка из пистолета и выстрелил. Он промахнулся и убил овцу. Вторым выстрелом ранил ещё одну.
Двух выстрелов было достаточно. Волчонок понял, что на него ополчились охотники. Он перепрыгнул через ограждение загона и помчался в степь. Милиционер пульнул вдогонку ещё раз, но не попал.
В степи
Мимо волчонка проносились, подпрыгивая и вертясь, перекати-поле. Серые шары катились по земле, рассыпая семена. Это его пугало. Он впервые был в степи.
Здесь негде было спрятаться, не то что в лесу. Он часто ложился на землю, прислушивался: не слышно ли лая собак. Волчонок был голоден. Он выслеживал суслика и случайно поймал лисёнка. Он несколько раз принимался за еду, отбегал, снова возвращался. Но съел половину, больше не смог. Мясо было невкусным, отвратительно пахло.
Однажды он различил ненавистный лай собаки. Он пошёл на голос. У хутора звякала на цепи маленькая собачонка. Увидев волка, она залезла в свой домик. Лаз был такой маленький, что волчонку удалось просунуть только пол головы. Он не мог ухватить добычу за чёрный горячий нос. Не хватало совсем немногого. Дворняжку трясло от ужаса.
Вдруг из степи прибежала ещё одна собака. Это был волкодав. Он стерёг стадо. Волкодав приближался бесшумно. Сбоку волчонка, а потом сзади мелькнула длинная тень. От пса разило овечьим помётом, в котором он вывалялся. Волчонок пустился в степь, но на открытой местности волкодав стал нагонять. Впереди был полуразрушенный коровник. Волчонок ворвался в коровник, залез под железобетонную плиту. Там он ощерился. Волкодав растерялся. Охранял стадо он не один, а с братом. На степного, мелкого волка они всегда шли вдвоём. Один отвлекал хищника, другой брал за горло.
Волкодав пружинисто качался на задних лапах. Он был готов к броску. Не хватало брата, чтоб отвлечь внимание. Без этой поддержки волкодав не решался напасть.
Волчонок настороженно глядел на собаку, следил за каждым её движением. Волкодав не терял надежды прикончить врага. Он то кидался вперёд, то отступал. Не хотел рисковать. Лучше разойтись мирно, без потерь. Волкодав медленно отходил, продолжая рычать и скалить зубы. Потом развернулся и молча затрусил домой.
Горы
Повеяло прохладой. Перед волчонком белели вершины кавказских гор. У подножия начинался чёрный лес. Он был вроде бы рядом, но к нему волчонок двигался весь день. Лес словно удалялся от него, уплывал в солнечном мареве.
Волчонок подошёл к лесу только вечером. Он сразу вышел на кабанью тропу, взял след. Припахивало хвоей: кабан тёрся о ель. Волчонок поднимался всё выше и выше в горы. Кабанья семья рылась в густых зарослях орешника-лещины, отыскивая прошлогодние плоды. Секач был настороже. Принюхивался, поднимая остроносую голову с огромными клыками. Он хрюкал и поддевал клыками какого-то невидимого врага, готовый к настоящей схватке. Кабан наклонил голову и двинулся навстречу волчонку. Это клыкастое чудовище могло бы растерзать и затоптать его в землю. Волчонок вовремя увернулся, и секач проскочил мимо, с треском ломая кусты. Потом развернулся и вновь атаковал волчонка. Вепрь пронёсся стороной. Он хотел напасть ещё раз, но в это время послышался вой. Он эхом разнёсся в горах. Отовсюду послышались волчьи голоса. Они словно переговаривались между собой. Вой был протяжным и высоким. Он напоминал стон. Самцы выли низкими хриплыми голосами, самки — более тонкими.