Я верю, что ты не станешь мне лгать. Я сглотнула. У меня пересохло во рту.
— Я должна кое-что тебе рассказать.
Генри резко вдохнул и откинулся назад. Воздух резко вырвался из моих лёгких.
И тогда я рассказала ему.
Генри встал и начал шагать – прочь от моих слов, прочь от меня. На полпути к дороге он остановился и сжал кулаки. Он не издавал ни звука. Но с таким же успехом он мог бы кричать.
Я не стала к нему подходить.
— Генри… — его имя застряло у меня в горле. Он ни чем не показывал, что услышал меня. Я видела, как тяжело поднимались и опускались его плечи, когда он отрывисто вздыхал. Я попыталась представить, что сейчас творилось в его голове.
И пожалела об этом.
Он думал, что те, кто был в ответе за смерть его деда, были мертвы. Думал, что, пусть никто и никогда не узнает о том, что произошло на самом деле, состоялось хоть какое-то подобие правосудия. А только что он узнал, что он ошибался.
Я верю, что ты не станешь мне лгать.
— Скажи что-нибудь, — тихо произнесла я. Он не пошевелился. Он не издавал ни звука, не считая его неровных вдохов. Каждый вздох был резче предыдущего.
Он был зол.
Ему было больно.
Он потерял самообладание – но он не сломается. Генри Маркетт не мог сломаться. Он не позволял себе потерять контроль…
— Генри, — я шагнула к нему. – Прошу, просто…
— Накричать на тебя? – тихо предложил Генри. – Что я должен сказать, Кендрик? Что я хотел бы, чтобы ты рассказала мне правду много недель назад?
Он не обернулся ко мне. Что-то в тоне его голоса заставило мой желудок изогнуться. Его голос огрубел. Я слышала, как надломился с таким трудом завоеванный им контроль.
— Сказать тебе, что у меня было право знать? – продолжил Генри, мельком глядя на меня через плечо. – Что я чувствую себя так, словно я снова на похоронах моего отца – смотрю на скандально известного фиксера Айви Кендрик и думаю о том, как она может с такой легкостью лгать в лицо моей матери?
Я знала, что этим словам полагалось ударить меня с силой взрыва. Так и случилось.
— Что ещё знает Айви? – спросил Генри. – Она вообще расследовала вероятность того, что кто-то спланировал убийство моего деда? – он уставился на меня – сквозь меня. – Она задумывалась о том, был ли в этом замешан президент? Или кто-то из правительства?
— Я не знаю, — ответила я Генри. Моё признание эхом разнеслось по подъездной дорожке.
— Кендрик, то, чего ты не знаешь, — голос Генри был едва ли громче шепота, — может наполнить океан, — он опустил взгляд на землю. Белки его глаз контрастировали с его темной кожей. – Я сказал, что Талия просыпается с криками по ночам, — он впустил меня. Теперь он наказывал себя за это. Как и меня. – После этого она забирается ко мне в кровать. Я разрешаю ей спать со мной. Разрешаю ей класть голову мне на грудь, чтобы она могла услышать моё сердцебиение, — его голос дрожал. – Я говорю ей, что мы в безопасности, что с нами ничего не случится, — он сделал паузу. – Я вру ей. Потому что этот мир не безопасен. Люди, которые должны нас защищать, те, кому мы должны доверять – иногда именно они причиняют больше всего вреда, — на несколько секунд он замолчал, а затем его тихий голос стал ещё мягче. – Как я могу защитить от этого Талию, или мою мать, или тебя?
Не дожидаясь ответа, Генри зашагал прочь. Тем лучше. Ведь я не знала, что ему ответить.
ГЛАВА 44
В ту ночь я не могла заснуть несколько часов, и, даже когда мне это удалось, Генри последовал за мной в мои сны.
— Просыпайся, Тэсси, — посреди ночи меня разбудил голос. – Тереза, — нотка неотложности в голосе Айви подействовала на меня так, словно кто-то плеснул мне в лицо водой.
Я села в постели.
— Что случилось?
Айви провела рукой по моим волосам, убирая их с моего лица.
— Мне нужно, чтобы ты собрала сумку. Одежда, твои школьные принадлежности, всё, что тебе может понадобиться.
— Сумку? – когда Айви начала вставать, я схватила её за руку. – Айви, что происходит? – ответа не последовало. – Это из-за того, что я рассказала Адаму?
Выражение лица Айви едва заметно дрогнуло. Я видела, как она скрывает свои эмоции, пытаясь переключиться в режим фиксера и разобраться со мной, как с очередной проблемой. Но она не могла. Айви смотрела на меня так, словно я держала в руках её сердце.
— Что происходит, Айви?
Она вырвалась из моей хватки и встала, шагая к моему шкафу и доставая оттуда сумку.
— Ты отсылаешь меня.
Никакого ответа.
— Это потому что мы с друзьями расследовали смерть Джона Томаса? – спросила я. – Ашера могли арестовать. Мы должны были что-нибудь сделать.