— за акомами нашими отработанными, записями этими, что мы вроде бы “по условию той же задачи” как бы обязаны вести — только непонятно, что нам нужно писать, да и зачем это нужно,— впрочем, я опять отвлекаюсь,— да; так вот, заберут они все наши записи, мусор и прочие отходы — а потом, “через некоторое количество колов времени” принесут нам сюда хлебушка свеженького, акомы свежезаряженные — и снова будет у меня нормальный ходовой свет; ещё “железа” пищеровского подкинут,— в общем, типичная “экспедиция посещения”... Только посещения никакого не будет.
: Да.
Потому что встреча с нами в условия дважды помянутой Задачи не входит; дальше Палеозала они не сунутся — просто сложат здесь всё, что нам будет предназначаться, заберут наши посылочки — и привет... Да и сюда, небось, не полезут, пока не убедятся со всей свойственной Коровину тщательностью и усердием Хомо, что в означенном ‘ПалеозаДе’ не тусуется — конечно же, совершенно-случайно, исключительно-в-силу-собственной-рассеянности — какой-нибудь перекуривающий Сталкер...
: Именно в этот момент, да.
Так что шансов встретить здесь хоть какую-нибудь заблудшую — эх! бы женского полу! — душу у меня нет решительно никаких.
— Да...
И потому я — сидя тут — ничего в принципе не нарушаю,— даже жаль, между прочим. Потому как, конечно, всего пять суток ( не скажешь, что дней ) — или около того — здесь,— а уже немного тянет хоть краешком глаза глянуть:
— Как там эта штука, вокруг которой Земля вертится?..
..: Да штука эта — так, к слову. С ней-то как раз ничего — и я совершенно искренне на это надеюсь — случиться не может ( по крайней мере, как успокаивал нас наверху перед погружением Коровин, “в ближайшие 4,6 мрд лет”,— а он знает, что говорит, когда говорит о таких вещах — в отличие от трендилы Егорова и лидера Пищера, да,— хотя обучались они этой нехитрой науке как бы в одном месте, да ),—
— А ВОТ КАК ТАМ, Н А В Е Р Х У . . .
: Слишком общественная я всё-таки скотина. Да.
— Представляете / к примеру /, как в анекдоте: сижу я так здесь, курю — и вдруг из Штопорной ( виноват, тьфу, из Чёрт-лифта ) шум, гам, свет, камни — и прочие крики — и ГО в полном своём составе вываливается, один-за-другим, двенадцать человеко-членов — и родное моё “ДС”, и хомовские “Подмётки” — и орут на всё ЖБК, расплевав в упор Священные Пищеровские Установки:
— МУЖИКИ!!! ЭВА!!! ВЫ, КОНЕЧНО, БУДЕТЕ СМЕЯТЬСЯ — НО ГОРБАЧЁВ ТОЖЕ УМЕР!!!...
— Эх! Да...
..: об этом можно только мечтать. < Чтоб ему минеральной водой захлебнуться, проклятому!.. >
— С этой мыслью встаю, тушу бычок — то есть, эскьюз ми пардон, уже почти фильтр — зарываю его под надлежащий камушек в целях пророста — и делаю тот самый последний шаг в сторону Чёрт-лифта:
: Шаг, который...
— и острожненько заглядываю в него: всё-таки единственная ниточка, связующая нас с Поверхностью... Со светом, стало быть, той самой штуки,—
— Глупости. Ничего оттуда не лезет: потому что “вы, конечно, будете смеяться” — но весь Чёртов лифт совершенно-наглухо забит камнями:
: АБСОЛЮТНО-НЕПРОХОДИМЫЙ ЗАВАЛ ——
— И глядя на него, я начинаю так пятиться, пятиться назад — пока не упираюсь пенкой в стену. В противоположную стену грота,—
— И тогда я во весь дух бегу к гроту, которому мы так и не успели дать названия. И думаю на ходу, что “Братская Могила” во всех отношениях будет, безусловно лучше, нежели “ЛИПОТА-2”: не хотелось бы мне — как “Свечки”... Особенно в столь замечательной компании —
— А потому в Хаосе ( виноват, пардон эскьюз ми, Базе ) я всё-таки забираю канистру с водой и успеваю как раз к столу. К обеду то есть —
: Сашка подозрительно глядит на меня.
— Где это ты шлялся?
— Ждал,— говорю, а голос так предательски норовит сорваться и пустить петуха,— пока канистра накапает. Озеро-то всё ещё третьего дня с Торжественного Бодуна пришлось вылакать... Да и вода на пищеровский Указ косо смотрит — утекает в какие-то скрытые щели, не задерживаясь...
— Говорю, а сам думаю: только бы интонация/детонация проклятая не выдала,— только бы ни в чём не продешевить и не переиграть — только бы всё, как обычно...
— Угу,— бормочет Егоров, орудуя большой “накладной ложкой” — и мне физически кажется, как же много он накладывает в каждую миску,— верю. Небось, в Рожайку бегал купаться, иль в ильинский магАзин — за пивОм...