«Марк Твен» слегка накренился, что по его опыту происходило, когда перемещение прекращалось. В теории он знал, что на это не было никакой причины, но у каждого судна есть свои особенности. Он выглянул в окно.
Вопреки ожиданиям, дирижабль завис над океаном, который простирался далеко за горизонт. Они пересекали обширные пейзажи Евразии в течение многие дней. Джошуа вырос в Мэдисоне с озерами поблизости. Боже мой, осенило его, я ведь могу поплавать. Он быстро разделся до трусов.
Не спрашивая разрешения Лобсанга, он подбежал к лифту и опускался на нем, пока открытая клетка не была в паре метров над глубокой синей гладью океана, спокойного как озеро.
Репликант появилась в люке над ним.
- Вот ты где. Если подумываешь прыгнуть в океан, то предлагаю тебе подумать дважды. Я отправил воздушные шары и геофизические ракеты, и вполне уверен что, если и есть какая-либо суша на этой планете, то ее крайне мало. Уровень воды очень высок: вероятно, мы зависли над затопленными континентами.
- Тогда это мировой океан.
- Я понятия не имею, водится ли в нем что-либо столь сложное как рыба. Больше похоже на то, что там одна лишь плавающая морская водоросль, часть которой чрезвычайно зеленая. Это захватывающий мир, и исследование его очень перспективно. Однако, хотя я и не могу запретить тебе купаться, я настоятельно рекомендую воздержаться от этого, пока я не проверю воду на безопасность.
Безмятежная вода заманчиво искрилась.
- Ой, да ладно. Что может мне навредить там. — Он услышал звук механической деятельности на судне.
- А вдруг, - сказал Лобсанг. - Кто знает, какие существа могли развиться в подобном мире? Джошуа, я проверю все, ибо неизвестно, что может выскочить из глубин, и ты ведь не хочешь покинуть этот и все остальные миры под звук, который наиболее точно можно описать как «клацанье», со всем, что из этого вытекает.
Джошуа услышал, как люк распахнулся на гондоле, сопровождаемый всплеском, чего- то нырнувшего в воду.
- Такая исключительная личность как ты, не может использоваться в качестве морской свинки, когда есть более компетентные создания — в данном случае, мой подводный репликант. Созерцай!
Что-то похожее на механического дельфина, выпрыгнуло из моря, задержалось на мгновение в воздухе и нырнуло обратно.
Джошуа посмотрел на Лобсанга. Он продолжал задаваться вопросом, были ли выражения на этом спроектированном лице тщательно обработаны или в некотором роде они отражали истинное выражение внутренние чувств. В любом случае, сейчас Лобсанг очевидно был переполнен счастьем, наблюдая за своим новым творением. Ему действительно нравились его игрушки.
Но улыбка быстро исчезла.
- Замечены различные рыбы, - сказал Лобсанг. - Получены образцы воды, идентифицирован планктон, глубина океана не установлена... что-то быстро приближается... возможно лучше вернуться на борт... держись!
Внезапно лифт с лязгом поднялся. Когда Джошуа посмотрел вниз, то увидел, что чудесный подводный репликант выпрыгнул в воздух последний раз, прежде чем огромные челюсти сомкнулись на нем смертельной хваткой.
Потрясенный, он повернулся к Лобсаигу.
- И ты это назвал клацаньем?
- Фактически, даже сейчас я могу описать этот звук, как клацанье!
- Похоже, ты образумил меня. Я сожалею о твоей игрушечной субмарине. Она дорогая?
- Ты и представить себе не можешь насколько, и к тому же запатентованная, но, увы, не обладающая достаточной броней. Хотя у нас есть запасная. Пойдем. Я приготовлю тебе завтрак, для разнообразия.
Когда с едой было покончено, Лобсанг ожидал Джошуа на смотровой палубе.
- На данный момент я обозначил нашего нежданного голодного гостя акулой. Безусловно, чрезвычайно большой акулой, существовавшей очень давно на Земле, и я получил детальные снимки; в дальнейшем ихтиологи разберутся. Пожалуйста, не благодари за то, что можешь продолжать пользоваться своими ногами.
- Ладно. Я усвоил урок. Спасибо...
«Марк Твен» уже перемещался дальше в иные миры. Джошуа снова смотрел на леса, проносящиеся внизу, а мировой океан остался далеко позади: больше никакого моря, больше никакого блестящего света. Уже привычно, Лобсанг и Джошуа сидели вместе в тишине. Хотя их отношения значительно улучшились, могли пройти часы, прежде чем один из них произнесет хоть слово.
И, когда он опять сосредоточился на движении на запад, Джошуа ощутил смутное давление в голове. Словно он двигался обратно к Исходной Земле, а не далеко за ее пределы.