— Пока ничего…
Ажан, проходя мимо окна, приоткрывает портьеру.
Софья замерла, сжала кулаки.
Сделав вид, что не заметил стоящего за портьерой Романова, ажан задергивает ее снова.
Офицер роется в книгах вполоборота к ажану, и, когда ажан отдергивает портьеру, офицер, не поворачиваясь в ту сторону, на мгновение застывает.
— А это что? — спрашивает офицер, снимая с полки шкатулку.
— Мои ордена, — отвечает генерал.
Офицер перебирает лежащие в шкатулке русские царские ордена.
— Вот они — свидетели бренности нашей жизни… Держа это, я испытываю то, что Гамлет чувствовал, держа в руке череп…
Он ставит шкатулку на место.
— Ну, что ж, господа, должен признать, что обыск не дал результатов. Бывают и у нас ошибки. Извините. Всего хорошего. Ажан…
Он выходит. Ажан идет следом. В дверях Софья останавливает ажана, быстро целует. Тот выходит.
Все стоят неподвижно. Прислушиваются.
Хлопнула выходная дверь.
— Побегу, проверю, — говорит Сергей и выходит.
О х о т н и к о в. Чудо?
Г е н е р а л. Ужас, ужас… Смотрите, как пальцы дрожат.
Сергей возвращается.
— Ушли!
— Ура! — кричит Охотников и распахивает портьеру.
Отец Серафим крестится.
— Поистине чудо, господа.
— Но ажан, ажан! — говорит Софья. — Вы не задохнулись там, Владик? Каков ажан, господа!
— Едем немедля… — торопит Охотников.
С о ф ь я. Да, не надо испытывать судьбу. Давайте сюда что нужно… Слушайте, голову на отсечение — это был Джексон… Скорее, скорее… оденетесь в машине.
Охотников открывает дверь в переднюю и захлопывает ее.
— Они вернулись!
Софья толкает Владлена за портьеру и становится перед нею.
Входят офицер с ажаном.
О ф и ц е р. Мы вернулись только на минуту. Извините, что без звонка — дверь теперь не запирается. У меня вопрос. Но прежде разрешите сигарету еще…
Он предлагает сигареты Софье.
— Как угодно…
Офицер садится, закуривает, закидывает ногу на ногу.
— А знаете, мадемуазель Софья, кто вас выдал? Не догадываетесь? Ничего, встретитесь на очной ставке. Расскажете о своей организации, кто в нее входит и прочее. Мы ведь знаем, что вы ничего не записывали. Все у вас в памяти. Будем вас просить все рассказать… Я ведь приехал, чтобы вас арестовать, но тут встретилось любопытное обстоятельство, и я устроил этот маленький спектакль с уходом и возвращением. У меня слабость к эффектам. Ажан, положите пистолет на стол. Теперь идите к окну. Откройте портьеру.
Распахнув портьеру, Владлен бросается на гестаповца. Борьба. Владлен валит офицера на подоконник. Звон разбитого стекла. В комнату врывается ветер и снег.
Зайчик в испуге лает, бегая из стороны в сторону.
Офицеру удается высвободить руку и вырвать револьвер из кобуры.
Софья хватает пистолет ажана, лежащий на столе, и в упор стреляет в гестаповца. Он падает.
Владлен поднимается. Все молчат. Воет ветер, врываясь в окно. Летит по комнате снег.
Г е н е р а л. Ну, теперь всем конец.
С о ф ь я. Валя, Сережа, спасайте его, ради бога…
О т е ц С е р а ф и м (снимает рясу). Надевайте…
Владлену помогают надеть рясу.
В л а д л е н. Но только уходим все вместе…
С о ф ь я. Да, да, конечно. Черным ходом… проходите вперед. Скорее. Я за вами… Иду, иду, Владик. Ради бога, идите же…
Охотников и Сергей уводят Владлена.
С о ф ь я (смотрит в окно). Все, все, уходите скорее, скорей…
Г е н е р а л. А ты?
С о ф ь я. Я за вами… Скорей, скорей…
Перекрестив Софью, уходит отец Серафим, за ним ажан.
С о ф ь я. Папа, иди! Иди скорее…
Г е н е р а л. Только с тобой!
В передней шум, голоса:
— Где стреляли?
С о ф ь я. Умоляю, уходи! Я должна остановить, задержать…
Г е н е р а л. Сейчас же убирайся отсюда!
С о ф ь я. Папа, папа, пожалуйста!.. Поздно!
Распахивается дверь. Софья стреляет навстречу входящим гестаповцам. Они отступают. Из-за двери раздаются ответные выстрелы.
Софья стреляет, стреляет, стреляет… Осечка. Больше нет патронов.
Гестаповцы врываются в комнату.
Генерал заслоняет собою Софью. Выстрелы. Он падает, убитый. По комнатам гуляет ветер. Носятся снежинки…
Суд. Софья стоя выслушивает приговор.
Судья читает его ровным, бесстрастным голосом, как обычную канцелярскую бумажку:
— …и руководствуясь положениями статьи 135-й судебного уложения, приговаривается к смертной казни. Введет а следующего.