Шкура шерстью внутрь
История девушки Лизы из города Арча. Девушки, которой катастрофически не везло в жизни.
Ее звали Лизой. Лизой Дэллой Бовок, если полностью. Семнадцать лет тому она родилась в Арче. Всю жизнь Лиза провела в Котурне, самом бедном из городских районов. Она подрабатывала служанкой в трактирах и мечтала об одном - выбраться из этой насквозь промерзшей задницы мира. Скопить денег и уехать навсегда. Туда, где яркое солнце. Теплое море смоет ее прошлое. Новое имя, новая жизнь. Никаких грязных пивнушек, тяжелых подносов и лапающих за задницу посетителей. Никаких жалких грошей, за каждый из которых приходится спорить до хрипоты. Никакой хнычущей мамаши и вечно поддатого отца, норовящего отобрать заработанное. Никаких сопливых, орущих братьев и сестричек. Она забудет Арчу, как страшный сон. Будет свободна и счастлива. Сама себе хозяйка и госпожа. Откроет собственное дело. Может, даже выйдет замуж. За кого-нибудь молодого и симпатичного. Ради этого прекрасного будущего Лиза была готова на все. Выслеживать и вынюхивать. Влезть в доверие к Шеду, слабовольному владельцу таверны «Железная лилия». Переспать с похотливым старым ростовщиком и прикончить его. Поехать к зловещему Черному замку и загнать труп тамошним обитателям. Отвратительная хихикающая тварь, подергиваясь и плотоядно таращась на Лизу, купила покойника за двадцать золотых лев. Сидя на передке раскачивающегося фургона, Лиза сосредоточенно подсчитывала: сколько мертвецов понадобится собрать на городских улицах, чтобы набралась кругленькая сумма на отъезд. Выходило не меньше трех десятков. Но у Лизы уже был готов план, простой и действеннный. Они с Шедом пристроят к «Лилии» ночлежку. Станут пускать туда нищих за сущие гроши. Никто не заметит, если к утру парочка-тройка нищебродов тихо исчезнет... И тут они угодили в засаду. Прямиком в лапы наемников Госпожи. В один миг все мечты Лизы обратились в прах. Солдаты вытряхнули их из повозки и утащили в брошенный дом. Сначала они взялись за трактирщика. Наемники не больно-то церемонились при допросе. Они прихлопнули старого глупого Каштана Шеда, как муху. Следующей на очереди должна была стать Лиза, но тут из герцогского замка заявилась Взятая. Могущественная чародейка, командовавшая парадом в Арче. Потолковав с капитаном наемников и взглянув на трясущуюся от ужаса пленницу, Взятая заявила, что берет ее с собой. Лизу взашей вытолкали на улицу и усадили на ковер-самолет - потрепанный кусок материи, натянутый на деревянную раму. Когда эта штука оторвалась от земли и начала набирать высоту, Лиза завопила. Взятая, не оборачиваясь, щелкнула пальцами. У Лизы отнялся язык. Ее привезли в Черепичник, старый герцогский замок. Взятая по прозвищу Шепот, высокая суровая женщина с солдафонскими манерами, допросила ее. Шепот так орала, что Лиза никак не могла взять в толк, о чем ее спрашивают, и только безостановочно подвывала. Шепот скинула пленницу со табурета и в раздражении несколько раз пнула тяжелым сапогом под зад. Лиза уползла в дальний угол. Пришла другая чародейка, вся в черных шелках и серебряных украшениях, с шелестящим голосом и змеиными глазами. Шепот ткнула пальцем в Лизу и заковыристо выругалась. Черно-серебряная колдунья успокаивающе погладила воительницу по руке и направилась к Лизе. Пленницу подняли на ноги и снова усадили. Чародейка в черных шелках принялась расспрашивать ее, терпеливо, словно разматывая многократно скрученную и перепутанную нить. Её интересовало все. При каких обстоятельствах Лиза познакомилась с Каштаном Шедом. Когда и как Лиза догадалась, что Шед торгует трупами. Сколько раз они ездили в Черный замок. Что Лиза заметила внутри замка. Кто был постоянным посетителем «Железной лилии», а кто объявился только в последние недели. Разговаривал ли Шед с тварью в замке, и если да, то о чем они говорили? Лиза послушно отвечала. Иногда на нее накатывали волны холода. Иногда ей казалось, что кто-то с нажимом проводит железным скребком изнутри ее головы. Чародейка в черном отошла в сторону. - Она ровным счетом ничего не знает, - сказала она Взятой Шепот, даже не особо понижая голос. - Обычная девчонка из трактира. Пустенькая, простенькая, но живучая и сметливая. Всех помыслов - как бы улизнуть из Арчи. Я ее понимаю. Этот город даже на меня наводит жуткую тоску. Еще немного, и девчушка стала бы обычной шлюхой, но на свою беду наткнулась на Каштана Шеда. Поехала с ним в Черный замок и попалась. - Ну, и что прикажешь теперь с ней делать? - раздражённо спросила Шепот. - Выгнать прочь или прикончить, чтоб под ногами не путалась? - Убить всегда успеется, - чародейка изящно развела руками. - Если ее отпустить в Арчу, она наверняка начнет трепать языком. Пусть пока остается с нами. Я даже знаю, на что она сгодится. Испытаю на ней новое заклинание. Повинуясь жесту колдуньи, Лиза деревянным шагом промаршировала в дальний угол и вытянулась там по струнке. Взятые заговорили о своем, мгновенно позабыв о пленнице. Лиза стояла, запоздало понимая, что совершила ошибку. Свалила всю вину на покойного Шеда, выболтала все, что знала, и теперь ничем не может заинтересовать Взятых. Будь у нее какие-нибудь полезные им сведения, она могла бы рискнуть и поторговаться. Но ей нечего предложить. Все, что ей осталось - изображать бревно с глазами. Лиза взвыла. Показалось, ей в глотку сыпанули мелко накрошенного стекла. Оно потекло по венам, раздирая их изнутри, превращая кости в рыхлый песок. У нее отняли способность кричать, но она могла разевать рот, точно вытащенная на берег рыба. Мучения длились и длились. Лиза сгорала изнутри, наполняясь прахом и жгучими углями. Взятые расстелили на столе карту Арчи и склонились над ней. Солдаты приходили и уходили. Кто-то мимоходом нацепил Лизе на голову шляпу. Она хотела бы потерять сознание, но ощущала себя, как в болотной лихоманке. Перед глазами все плыло, предметы приближались и удалялись, голоса бились в голове, как колокола, и до смерти хотелось пить. Она бы все отдала за глоток воды. Холодной, с привкусом морской соли. Комната опустела, за окнами смеркалось. В темноте закопошились самые жуткие ее кошмары. Матросы, что словили ее в темном закоулке и пытались изнасиловать. Пьяный отец, хрипло и плаксиво клянчивший денег на выпивку. Лиза огрызнулась в ответ, назвав его никчемным пропойцей. Папаша отходил ее палкой до полусмерти, голося, что вырастил неблагодарную шлюху. Она корчилась на грязном полу и рыдала. Мать ворчала, дочка-де сама посеяла ветер, принесший горе. Не спорила бы с отцом, осталась цела. Размалеванные девки на улице тыкали в нее пальцами и насмехались, называя оборванкой. Лиза не могла заткнуть уши, не могла убежать, не могла резануть словом в ответ. Скованная незримыми цепями, она могла только беззвучно страдать. Кто-то открыл дверь и подошел к ней. Лиза не видела, кто именно. Она слышала тяжелое, булькающее дыхание, и жалобный скрип половиц под тяжелой поступью. Кто-то пристально разглядывал ее из темноты - а может, это было очередное наваждение. «Уходи! - мысленно закричала на него Лиза. - Уходи... или помоги мне, только не стой и не глазей на меня!» Словно услышав ее мысли, существо удалилось. Лиза упала в омут горьких воспоминаний, обид, упущенных возможностей и утраченных грез. На следующее утро колдунья в черном оттягивала ей веки, заглядывая в глаза, и удивленно прищелкивала языком. Видимо, по ее замыслу, Лиза давно уже должна была пускать слюни или биться в конвульсиях. Она не освободила пленницу, но обрушила на нее постоянно сменяющиеся жар и холод. Поначалу Лиза хотела есть и пить, потом эти желания исчезли. Чародейка больше не появлялась. Никто не замечал ее. Лиза устало раздумывала о том, что будет, когда Взятые уберутся из Арчи. Не останутся же они здесь навсегда? А если о ней позабудут, она что, так и будет стоять в углу, постепенно превращаясь в статую? Лиза пыталась шевелиться и кричать. Ничего не получилось. Ночами приходило существо с хриплым дыханием. Топталось рядом, прикасалось к ее лицу, рукам и груди. Лизу едва не стошнило от отвращения и беспомощности. Настал день, и Черепичник содрогнулся от фундамента до флюгеров на самых высоких башнях. Снаружи творилось что-то жуткое. Лиза слышала ужасающий рев, треск пламени и скрежет, словно гигантская крыса грызла нору в граните. За пределами замка шипело, грохотало и завывало. В узком окне мелькали ослепительные радужные сполохи. Обездвиженная Лиза сходила с ума от паники. С потолка обрушились несколько лепных украшений, одно промелькнуло совсем рядом. В комнату кто-то вошел. Ее загадочный ночной гость. Лиза узнала его по тяжелому дыханию. Изо всех сил скосив глаза, она наконец разглядела его. Грузный мужчина огромного роста, закутанный в некогда ярко-алый, а теперь вылинявший балахон. Он горбился, втягивая шишковатую, лысую голову в широченные плечи. Никогда и ни у кого Лиза прежде не встречала столь отталкивающей и безобразной физиономии. Это лицо сперва словно разорвали на кусочки, а потом небрежно стянули иглой прямо по живому. Мужчина в красном опирался на длинный посох, имевший вид сильно вытянутой