Вскоре меня ждала примерка. Платье выглядело восхитительно, портные были мастерами своего дела, и оно сидело на мне как влитое. Несмотря на открытые плечи, оно выглядело вполне себе целомудренно, и если талию и бедра портные «подчеркнули», то ниже подол платья был в меру пышный. Восторг вызывали также туфли, которые уже были полностью готовы. Мне их передали со словами: «следует немного разносить», к туфлям также прилагалась коробочка.
Уже у себя в комнате, поинтересовавшись ее содержимым я обнаружил нежное колье из серебра со вставками из прозрачно-розовых камней и в таком же стиле сережки. Я понимала, что подобные сокровища вызовут вопросы у подруг, поэтому поспешила все убрать подальше, благоразумно спрятав все за коробками с обувью.
Бал неумолимо приближался, вот уже и готовое платье висело в моем шкафу. Определенной проблемой было договориться со студентками о прическах на бал. К нам вдруг засобиралась чуть ли не вся девичья часть Академии, с этим надо было что-то решать, и мы с Оливией последние дни до бала активно обучали девиц заплетать косы самим.
Тем не менее, несколько дракониц оставались на утро в день бала и с этим ничего нельзя было поделать, так как учиться они не желали, а заплатить готовы были щедро! Сориться с ними выходило себе дороже, и мы пусть и неохотно согласились их обслужить.
В день бала, в обед мы решительно закрыли дверь в комнату подперев ее «заклинанием», и запершись таким образом принялись за себя любимых. В этот раз я была намерена посмотреть на прилет делегации драконов. Несмотря на то, что Киан уже закончил обучение, все ждали императора. И я и Оливия выглядели восхитительно, набравшись опыта в плетении кос, мы расстарались друг для друга и оставались весьма довольными собой и прическами.
Прилет делегации драконов мы наблюдали из окна торжественного зала, это было поистине волнующее зрелище. Взрослые драконы в своей животной ипостаси смотрелись величественно, а император был узнаваем даже здесь. Я невольно любовалась мощью дракона и краснея вспоминала как он обнимал меня успокаивая во время истерики. И все же мне сложно было думать о нем как о простом человеке, слишком уж значительной была между нами разница, и я понимала, что смогла его заинтересовать только как инструмент для решения определенной проблемы.
Речь императора, как и годом ранее, произвела на студентов благоприятное впечатление, хлопали ему долго и активно, при этом практически вся женская часть Академии смотрела на него с обожанием и восторгом.
После императора с поздравлением выступил ректор и в зале повисло ожидание танцев. Начинать первый танец по традиции должен был ректор, однако в присутствии высокого гостя, данная привилегия была отдана императору, и я с ужасом поняла, что он идет ко мне.
– Виолетта, вы позволите пригласить вас на танец?
Поприветствовав императора реверансом, я протянула руку и танец начался. Надо сказать, что сложно было думать о чем-то другом кроме рук, одна из которых крепко держала меня за талию, а другая слегка сжимала мою ладонь. Также сложно было отвлечься от любопытных взглядов. Однако, императора ничего не смущало и казалось он получает удовольствие от сложившейся ситуации. Тем не менее расслабиться мне не удавалась, все свои усилия я прилагала к тому, чтобы случайно не наступить дракону на ногу.
После танца император как-то неопределенно кивнул мне, указав на дверь из торжественного зала, и я как «овца не веревочке» вприпрыжку отправилась за ним. Как оказалось, меня повели в кабинет к ректору, который в это время отсутствовал. Дверь закрылась, и я оказалась наедине с драконом.
– Виолетта прекрасно выглядишь!
– Благодарю ваше величество!
– Я бы хотел услышать твой ответ? Ты готова к Инициации?
Мне почему-то вспомнилась фраза Солы: «Драконы умеют быть убедительными». Император ожидал мой положительный ответ и был в нем уверен, и когда я ответила «Да», ничуть не удивился. Тем не менее, далось мне это нелегко, меня страшила даже не сама инициация, а то что будет после…
Как не проигрывала я в своей голове свое будущее, «после» для меня представлялось туманным и каким-то ненадежным. Почему-то во мне жило понимание, что это будет «разовая акция», за которой ничего не стоит, и от этого было очень больно.