— Хорошо, только мне надо переодеться.
— Я подожду снаружи, — как-то слишком поспешно ответил Малкольм и прошелся по ее фигуре пылающим, откровенным взглядом. — Одна только мысль, что я снова увижу тебя обнаженной, сводит меня с ума.
А одна только его откровенная фраза сводила с ума ее. После недавнего инцидента, когда она готова была попрать все кейсарские традиции и отдаться мужу, не дожидаясь окончательного завершения рисунка, между ними осталось ноющее притяжение, прорывающиеся мурашками по всему телу. Неожиданными, неудобными, но желанными и приятными. Ей хотелось и дальше ловить его жадный взгляд, потому выбор платья был для нее очевидным. То самое, белоснежно-бордовое.
Бриони как-то сказала, что это платье как вызов. Вроде скромное, но заставляющее воображению играть. Лиора убедилась в этом, когда они пришли в небольшой ресторанчик на третьем уровне, и супруг помог ей снять накидку. В первые секунды он словно онемел, жадно разглядывая ее всю, и любимые глаза так ярко и откровенно мерцали.
— Звездочка моя, откуда взялось это платье? — спросил Малкольм, проигнорировав официанта и самолично пододвинув для нее стул, чтобы посадить за столик в центре зала.
— Тебе не понравилось? — с нескрываемым удовольствием вздохнула Лиора, прекрасно осознавая, что не понравиться это платье могло только равнодушному слепцу. Малкольм равнодушным не был, да и со зрением у него все было прекрасно.
— Кхм, понравилось, но боюсь, что не только мне.
Последнюю фразу он почти прорычал, кинув взгляд в сторону дальнего столика, где какой-то мужчина, по виду реланец, откровенно пялился на его жену, позабыв о своей спутнице.
— Думаю, вернуть накидку на место будет не лишним.
С этими словами муж отправился к роботу-гардеробщику, а Лиора лишь счастливо захихикала, провожая его взглядом. Какое ей дело было до других, если муж оценил и смотрел на нее так, будто готов был съесть ее здесь и сейчас вместо основного блюда?
И в свете этого инцидента даже излишняя вычурность ресторана показалась ей не такой откровенно вызывающей. Она не любила подобные места, кричащие о роскоши, богатстве и вседозволенности. Живая музыка, девушка на невысокой сцене, чуть ли не облизывающая микротон[3], старый земной рояль, музыкант в костюме за ним, играющий примитивный, но в целом не плохой мотивчик. Лиоре нравилось, что все это не интересовало Малкольма, и весь вечер он смотрел полным желания взглядом только на нее.
Но вдруг все изменилось. В один момент, как по щелчку. Вот, секунду назад его ленивый взгляд блуждал по ее лицу, а спустя мгновение его привлекает что-то за ее спиной, и он замирает, с таким потрясенным выражением лица, что Лиоре хочется невежливо обернуться.
Люди за соседними столиками так же откровенно смотрели в сторону выхода, но на их лицах читался лишь испуг. Даже песня певицы на сцене как-то внезапно оборвалась на полуноте. Медленно, как во сне, Лиора обернулась, повинуясь желанию, и не менее потрясенно, чем муж, распахнула глаза.
Холодные. Двое. Высокие, красивые и отталкивающе нечеловечные. Они смотрели на всех свысока своего положения, как на пыль под собственной дорогой обувью. Оба с длинными белоснежными волосами, похожие, как братья. Узкие лица, прямые, немного хищные носы, тонкие губы, искривленные в презрительной усмешке, и глаза… Особенно примечательными были в них глаза: глубоко посаженные, покрытые белесой пленкой настолько, что их цвет было не разобрать даже вблизи. Их холод не обжигал, он вымораживал. У нее эти глаза всегда вызывали ассоциации с глазами мертвой рыбы. Остекленевшие, неживые и омерзительно пугающие.
Но потрясли ее вовсе не внезапно появившиеся холодные, а третий гость, точнее гостья, что недвусмысленно льнула к одному из них. Женщина, которую Лиора меньше всего ожидала здесь встретить, женщина, из-за которой она когда-то пролила море слез. Талия Экшар — дочь шарианского министра и, по совместительству, бывшая невеста Малкольма.
[1] Рейенир — столица планеты Кейсар
[2] Шелкан — аналог шелка.
[3] Микротон — аналог микрофона.
ЧАСТЬ 1 Живущая танцем ГЛАВА 4
«Если судьба и могла ударить настолько, чтобы сбить с ног, то это случилось сегодня» — отстраненно подумала Лиора прежде чем окончательно осознать всю катастрофичность ситуации.