— Простите, возможно, произошла какая-то ошибка, — разволновался корианец. И было от чего. Выпускников Звездного корпуса нельзя было ни с кем перепутать. Их отличала натренированная годами выдержка и особый флер силы, уверенности, мощи, присущей единицам. Малкольм был из таких. Если бы Лиора не знала его другим, она бы тоже, может быть, его побаивалась, как этот бедный корианец. — Я немедленно все выясню.
— Не нужно ничего выяснять, просто выделите нам номера рядом.
— Простите, мы обязательно компенсируем… это какое-то недоразумение…
— Бедняга, ты совсем его запугал, — пожурила мужа Лиора, когда корианец отошел, чтобы поговорить по браслету связи с начальством.
— Просто не люблю дилетантства. Мне казалось, на корабле подобного уровня и персонал должен быть соответствующий.
— Эйрих здесь не причем.
— Ты запомнила его имя? — поджал губы Малкольм, а Лиора едва сдержала улыбку. Она никогда не давала повода, но ей было приятно осознавать, что ее внимание к другому не нравится мужу.
— Будь снисходительнее, пожалуйста, ради меня. Сегодня такой день, не стоит омрачать его ссорами с персоналом.
— Да, день действительно… чудесный, — улыбнулся Малкольм. Его глаза вдруг потемнели, Лиору бросило в жар.
— Прошу прощения за недоразумение, — вернулся корианец. — Если вы позволите, то завтра вам предоставят смежный номер, также вас ожидает оплаченный ужин в одном из лучших ресторанов и счет на тысячу соргов[2] в нашем клубе-казино «Лунная кошка». Еще раз приносим свои извинения.
— А в чем задержка? — повинуясь просьбе жены, чуть более дружелюбно поинтересовался Малкольм, и это подкупило корианца настолько, что он разоткровенничался.
— Холодные. Заявились внезапно и выкупили сразу два крыла.
— Холодные? Здесь? Быть того не может!
Лиора тоже удивилась. Холодные стали сотрудничать с Межгалактическим Союзом совсем недавно. Их планета Эктар — единственная пригодная для жизни и заселенная планета созвездия Льва. Климат там очень схож с шарианским, большую часть покрывают вечные льды, но планета чрезвычайно богата редким и важным для межгалактических полетов камнем — иридием. Пыль этого камня является основой для топлива всех межгалактических кораблей Союза.
Некоторые горячие головы в Союзе поначалу предлагали просто оккупировать планету, вынудить ее обитателей на сотрудничество. Лет двадцать назад они даже попытались воплотить эту идею в жизнь. Безуспешно. Благодаря неограниченным запасам иридия корабли холодных в десятки раз превосходили возможности противников. Более того, они создали непревзойденные до сих пор технологии защиты — сверхпрочный энергетический барьер в виде ледяной корки, делающий планету неприступной.
Но холодными жителей Эктара стали называть не из-за планеты, а из-за них самих. Эти существа были похожи на кейсарцев и реланцев, но при этом отличались. В большинстве своем высокие с длинными волосами светлых оттенков, чаще белого или даже седого. Белые бесцветные лица, холодные глаза, создающие пугающее, отталкивающее впечатление. Их боялись еще и за то, что холодные питались кровью и энергией других существ.
[1] Галовизор — сверхтонкий экран, аналог современного телевизора.
[2] Сорги — расчетная валюта Межгалактического Союза.
ЧАСТЬ 1 Живущая танцем ГЛАВА 3
История с холодными не давала Малкольму покоя, даже когда они распрощались с корианцем и остались одни. Он метался по номеру как земной тигр в клетке, находясь в мыслях где-то совсем далеко. В конце концов, Лиоре это надоело, и она уселась на большую двуспальную кровать, задрала до середины голени свадебное платье, наклонилась и стала расстегивать туфельки.
Ее движения не остались незамеченными.
— Застежка тугая, милый, ты не поможешь мне? — промурлыкала она, подражая уловкам Полин, которыми та нередко пользовалась. Малкольм, как завороженный, проследил за медленно вытягивающейся ножкой и покорно опустился на колени, обхватив изящную ступню. У Лиоры была восхитительно маленькая ножка, и кожа на ней мягкая-мягкая, бархатная. Но только она знала, чего ей стоило достичь подобного эффекта. Обычно ее ступни были сбиты или стерты от танцев почти в кровь.