Мы охотились вместе с Мирой, плечом к плечу бились с чудовищами, населяющими Ойлиан Тайбше. Я убивала монстров, превосходивших меня в несколько раз в размере и в силе. Это были схватки на смерть. По-другому здесь не выживали. Вечная битва правила в этих землях. Проявил слабость – умер. Вот, чему учила меня волчица. Он была очень мудрой, она рассказывала мне о жизни на этом материке, о тонкостях магии, о том, почему сюда невозможно попасть.
Погода здесь менялась каждые пять-шесть дней. Температура могла колебаться от невыносимой жары до лютого мороза, но небо всегда было серое, солнца не было видно даже в самый жаркий день. Из-за такой смены температур мне приходилось запасаться разными материалами, чтобы делать себе одежду, поэтому в нашей пещере скопилось множество шкур, служащих хорошим утеплителем во время жуткого холода.
Каждый день я думала о том, как сбежать с этого материка. Мира не разделяла мою идею. Она считала, что это невозможно, что я должна смириться и жить здесь. Но я не могла. Если я как-то попала сюда, значит и выбраться тоже смогу. Многие ночи мне снилось как я покидаю остров, но каждый раз в конце я погибала. Возможно, я была готова погибнуть, но я точно знала, что сначала я поборюсь за свою жизнь. Иногда мне снились мои принцы. Данте, Тео и Ри. Они улыбались и что-то радостно мне рассказывали. После таких снов я ходила злая и ненавидела свой разум за то, что посылает мне такие истязающие душу видения. Сердце щемило болью и тоской по дому, по Викториане. Землю я уже не вспоминала, та жизнь казалась мне такой далекой и нереальной, будто мне все приснилось. А вот Викториану я помнила и хотела вернуться, я надеялась, что принцы помнили меня, хотя уверена, я давно уже считалась погибшей. Все мои безумные идеи побега с материка Мира разрушала железными аргументами, почему я умру. Когда она поняла, что сдаваться я не собираюсь, она стала думать вместе со мной.
Я помню, как она в первый раз показала мне море. Ветер хлестал мои волосы, бросая их в разные стороны, я стояла с волчицей на высоком обрыве, а внизу почти что черная вода вгрызалась в скалы. Неистовая сила, готовая разорвать любого, кто захочет вторгнуться в ее владения. Я смотрела вдаль и видела, как гигантские толщи воды надвигались друг на друга, это были не волны, это были какие-то водные горы, настолько они были чудовищными. От всей это картины мне стало не по себе, ужас сковал мое тело, хотя я уже давно ничего не боялась.
– Видишь хвосты? – спросила Мира.
Я вгляделась в черную толщу воды и увидела, как зеленые хвосты, выныривали из нее и потом снова погружались. Они были похожие на хвосты мурен, длинные, плоские, с плавниками по всей длине до самого кончика.
– Вижу.
– Это Пальшасы, водные змеи. Они здесь давно. Иногда они подплывают к границе морей, – одна ее фраза заставила мое тело вздрогнуть, будто меня ударили молнией.
Этой фразы было достаточно, чтобы я поняла, о чем говорит Мира. Я кивнула, и волчица продолжила.
– Их головы круглые и прозрачные, а тела длинные, покрытые прочным силовым щитом. Тебе нужен самый молодой Пальшаса, а я научу тебя владеть его сознанием.
Я содрогнулась от сильного порыва ветра и от мысли, что, возможно, я наконец смогу покинуть эту землю. Я подошла к Мире и легонько коснулась ее шерсти, посылая волну нежности. Она в ответ потерлась об меня свой большой головой, затем закинула к себе на спину и понесла обратно в пещеру. Наконец, у меня была надежда.
План, который мы придумали был самым безумным из тех, которые я когда-либо предлагала. Но если действовать осторожно, то все могло получиться. Для начала раз в несколько дней мы с Мирой приходили на берег и мысленно звали Пальшасу. Молодые водные змеи были любопытные, поэтому в один из дней один такой змей приплыл на наш зов. Затем я стала приходить на берег каждый день, вызывая змея и приучая его к своему вмешательству в его разум. Через пару месяцев змей уже самостоятельно подплывал к берегу и ждал моего появления, выполнял простые команды. Первый этап плана был пройден.
Теперь мне требовалось придумать, как не умереть по пути к границе, потому что жидкости внутри Пальшас были ядовитыми, как кислота. Все, что попадало к ним в пасть, разъедалось через несколько минут. Моей задачей было попасть в его черепную коробку, чтобы напрямую воздействовать на его разум. Самый оптимальный путь был через носоглотку. Я не сомневалась, что ядовитой слизи там было столько, что хватит на целую армию.