«Похоже, вараны служат Медусе» – подумала я, все еще с опаской наблюдая, как зверь опустил мне на колени свою ношу, облизнулся и пошел обратно в темноту.
Осмотрев тарелку, я отметила, что с готовкой для меня здесь решили не напрягаться и положили в тарелки то, что было в моем рюкзаке. Усмехнувшись, я выпила залпом стакан воды, а затем принялась за вяленое мясо, фрукты и хлеб. Когда я закончила есть, вдалеке послышались шаги и через минуту Медуса вошла ко мне в комнату. В этот раз она была без своих змей, а с нормальными человеческими волосами.
– Как ты себя чувствуешь?
– Сейчас намного лучше, спасибо, – ответила я, осматривая комнату.
Судя по тому, что моя кровать была здесь единственной мебелью, гости тут бывали редко. Комната, в которой я находилась, была достаточно большой, но пустой. Освещали все это пространство два небольших факела.
– Пойдем тогда прогуляемся, если ты не против, – женщина сделала приглашающий жест, и я послушно поднялась.
– Могу я задать вопрос? – решила начать диалог, когда мы вышли в узкий полутемный коридор.
– Конечно.
– Я здесь гостья или пленница?
– А ты как думаешь? – она с улыбкой посмотрела на меня, ожидая ответа.
– Я надеюсь, что гостья. Потому что проблем у меня и так предостаточно, чтобы разбираться еще и с вами, – честно ответила я, отчего Медуса вскинула бровь и засмеялась.
– Мне нравится твоя честность. Я тоже буду с тобой честна: не сомневайся, ты моя гостья.
– Отлично, – с облегчением сказала я и вдруг вспомнила наш последний разговор с Медусой. – Подождите, вы сказали, что предотвратили прошлый Раскол. Но как такое может быть? Это же было так давно!
– Это долгая история, давай присядем, – она показала рукой на широкую арку, ведущую в огромный зал.
Огромное пространство ападаны* было освещено множеством факелом, но даже их не хватало, чтобы осветить самые дальние уголки зала. Стройными рядами по всему периметру располагались тяжелые колонны, поддерживающие потолок, а между ними стояли сотни каменных статуй людей, единорогов, наполовину перевоплощенных асуров и даже в дальнем углу виднелся каменный хвост дракона. Эта картина одновременно ужасала и восхищала.
– Я так понимаю, они все когда-то были живы – утвердительно сказала я.
– Верно – улыбнулась Медуса, наслаждаясь моей реакцией. – Пойдем.
Она пошла вперед, сбрасывая с себя морок (или надевая его?), распуская по спине змей, вьющихся, словно локоны. Она смотрели на меня, идущую сзади, и тихо шипели, высовывая свои острые языки. Мы шли мимо всех этих существ, застывших в неестественных позах с масками удивления, злости или ужаса на лицах. Похоже, их застали врасплох. Пройдя еще несколько метров, я увидела вдалеке каменный трон на постаменте, около которого стоял каменный саркофаг. Подойдя к трону, Медуса села на него, а для меня легким жестом вырастила из камня достаточно удобное кресло и пригласила сесть. Женщина задумчиво посмотрела на саркофаг и заговорила:
– Я была служанкой у одного деспотичного герцога до того, как попала сюда. С десяти лет я тяжело работала на кухне, выполняя иногда ту работу, которую даже взрослые кухарки делали с трудом. С тринадцати лет он начал со мной спать, а в пятнадцать подложил в постель своему жестокому дяде, который любил истязать молодых девушек, прикладывая к их телам раскалённые гвозди, создавая диковинные рисунки.
«Гребаный татуировщик» - подумала я, представляя все те ужасы, которые ей пришлось пережить.
– После третьей такой ночи в его покоях, я вытащила нож, который заранее припрятала и перерезала его глотку. То же самое я планировала проделать и с герцогом, однако к его счастью, меня затянуло в картину, которая оказалась порталом в Эльх Мйор, до того, я успела воткнуть в него нож, – она сделала паузу и посмотрела в мою сторону, но куда-то поверх моей головы. – Меня выбросило прямо в покои к эльфийскому королю, – Медуса засмеялась. – До сих пор помню его шокированное лицо, прямо перед ним из воздуха появилась пятнадцатилетняя девчонка с кухонным ножом, перепачканная кровью.
Я тоже засмеялась, представив эту картину. Такой неожиданный гость в королевских покоях кого угодно заставит удивиться, даже холодного эльфийского короля.
– Опустим подробности моей жизни в Леувиэле, но скажу одно: через несколько лет жизни в этом мире, я нашла свою любовь. Эситадор был офицером эльфийской армии, а я служанкой на кухне. Мы влюбились друг в друга с первого взгляда и после этого у меня появилось желание жить, смысл существования. В то время что-то странное творилось с магическим фоном мира и чем ближе к Расколу, тем хуже было с магией. А вот моя магия становилась крепче. Тогда никто не знал о Расколе, но все чувствовали неладное. Трещина начала появляться внезапно, демоны застали всех врасплох. Эситадора со всей армией направили на Танах Медиас, а я напросилась в полевую кухню, чтобы быть ближе к любимому. Не помню уже, как я очутилась в эпицентре боя, но помню, что сердце рвалось от страха за эльфа и вот я уже раскидываю магией идущих на меня демонов, а потом где-то на задворках сознания, я чувствую, что рвется нить, связывающая меня и моего офицера, и понимаю, что сейчас произошло. Дальше, как в тумане, сплошная злость и ненависть и бесконечно желание убить их всех.