– Скажите мне, где Алиса? Я заходил к ней домой, но там не было никого.
– Откуда ты знаешь ее адрес? – спросила удивленно Кристина.
– Оттуда, Крис, откуда и ваш, – улыбнулся Никита. Кристина подумала о том, что так ее давно уже никто не называл, и последний раз это была Алиса. При мысли о ней она невольно нахмурила брови, и глаза намокли от подступающих слез. Никита почувствовал создавшееся напряжение.
– Что вы молчите? Где она? Замуж вышла? Ну не молчите! – с нетерпением сказал он.
– Нет, не вышла, – Кристина взяла себя в руки, видя как ее муж совсем раскис. – Алиса так и не вышла замуж, ни с кем не жила. Когда мы только приехали, то узнали, что она беременна. Мы с Женей думали, что это твой ребенок, но она сказала нам, что это ребенок Олега. – Никита слегка напрягся от того, что она говорит о ней в прошедшем времени. Кристина продолжала. – У нее родилась девочка, она ей и фамилию его дала и отчество у нее Олеговна. Ты знаешь, вряд ли бы она стала это делать, зная, что ребенок твой. Сейчас она уже взрослая, ей 18 лет, она часто ходит к нам и живет как раз там, где она жила с Алисой. Ты ее не застал потому, что она уже в институт ушла. А Алиса… – она замялась и виновато посмотрела на него. – Она умерла 5 лет назад – Кристина выдохнула.
– Что? – на одном дыхании произнес Никита.
– Мне кажется, она слега помутилась рассудком, – вступил, неожиданно, Женя. – Она отравилась. Взяла горсть таблеток и съела их. Дочь ее нашла поздно и сразу позвонила в скорую и нам. Я приехал, когда скорая уже увозила ее. Мне жаль! – с печалью в голосе заключил Женя.
– То есть, – Никита закрыл лицо руками. – Вы хотите сказать, что я выбрался из этого ада, что бы услышать, что она мертва?
– Я не знаю, что тут сказать. Для всех нас стало это шоком. Нику мы взяли под свою опеку, она нам теперь как дочь.
Никита встал и подошел к окну – на улице бегали дети, деревья стояли высокие и зеленые, солнце припекало еще больше, но ему казалось, что все вокруг него остановилось. Удушливая волна подкатывала к горлу, блокируя воздух. В голове неслись слова, они смешались в один ком, а перед глазами стояла она – холодная, бледная и неподвижная. На его плечо легла рука и он вздрогнул.
– Ты как? – спросила Кристина.
– Я в норме, все нормально, я справлюсь. А кто тогда живет в ее квартире?
– Я же говорю, ее дочь, Ника. Она сегодня придет к нам в гости, вот и познакомитесь, – она приобняла своего друга за плечи и почувствовала, как он немного обмяк.
– Удивительно! Как я спокойно воспринимаю эти новости, правда? – спросил он у нее, словно ему нужно было подтверждение.
– Ты молодец! – только и сказала Кристина. Она не знала, что еще может сказать ему в этой ситуации.
Немую тишину нарушил телефонный звонок.
– Да? – ответил Женя. – Ах да, точно. Нет, сегодня не могу, перенесем на следующую неделю…Говорю же, не могу! Нет! Это не самое срочное, что может быть. Подождут. Что? Мы ждали ответа от них почти месяц. Теперь их очередь ждать…Не знаю, придумай что-нибудь…Заболел…Не знаю…Пусть будет не заболел, мне все равно, перенеси встречу и не беспокой меня сегодня вообще. В офисе меня тоже не будет. Да, все, меня нет сегодня, – Женя повесил трубку.
– На работе как с ума сошли, пойду, отпущу водителя.
– Он стал важной шишкой, – усмехнулся Никита.
– И не говори, – поддержала его Кристина. – Где ты остановился?
– Нигде, я думал, что остановлюсь у Алисы.
– Не страшно, оставайся у нас, пока не найдешь квартиру. Или давай Женя найдет тебе?
– Нет, это я сделаю сам.
– Тогда, если хочешь, можешь принять душ, и я тебя покормлю. А то мне нужно готовить ужин праздничный, вечером будут гости, – она подмигнула ему.
– Познакомлюсь с Никой Олеговной? – ухмыльнулся он.
– И с Егором Евгеньевичем!
Мимо Комсомольского проспекта по Трубецкой улице располагался лучший медицинский университет города. Старое здание университета своей мощью будто давило на асфальт, темно коричневые стены нагнетали, и казалось, что от них идет еще больший жар, чем от припекающего в этот день солнца.
Даже такой душный день не портил настроение девушке с огненно-рыжими волосами, которая так стремительно направлялась к зданию университета через парк. Ее кудрявые волосы купались в солнечных лучах, кожа была влажная от жары, а подол шифонового платья в пол развивался скорее от ее скорости, чем от редких дуновений ветра. Закинув на плечо небольшой рюкзак, девушка переключила песню, играющую в ее наушниках, и убрала телефон во внутренний карман рюкзака. В тени деревьев солнце пекло не так явно и, иногда, она скрывалась под ними, где ветерок ласкал ее кожу ненавязчивыми дуновениями. Когда она пересекла пруд, ее одернули за плечо.