– Вот здесь находится царская библиотека. Вот тут протекает река. Самое ближнее место – это. – Ратмир ткнул карандашом в нужное место на рисунке. – Тут и нужно выкупить на время подворье и скорее начать рыть подкоп.
– Всё-таки подкоп, – с сомнением посмотрел на рисунок Антонио, отпивая из бокала вино.
– По-другому никак. Всё очень сильно охраняется. До самой Александровой слободы сам знаешь сколько постов. Да что я тебе объясняю! Ты и сам иногда там бываешь по посольским делам, – ответил Ратмир и потянулся за хлебом и мясом. – Что-то я проголодался.
– Ешь, ешь, – пододвинул к нему поближе раскрытый свёрток с едой Антонио и вздохнул: – Хорошо, раз ты говоришь, что подкоп – значит, будем делать подкоп. Дам указание выкупить подворье, собрать надёжных людей и начнём.
– Думаю, что дней за двадцать управитесь. Очень широким не нужно делать. Главное, чтобы не задохнуться и нормально протаскивать узлы с книгами. А дальше – с нашим человеком по реке на лодке до первого поворота налево, – озабоченно добавил Ратмир. – Там большая пристань и много всяких лодок и людей. Очень легко затеряться.
– Неужто удастся незаметно всё вынести? А через границу как обычно?– нерешительно спросил Антонио.
– Как я понял, кроме царя никто этой библиотекой не пользуется. Выносить придётся не всё сразу, а две-три книги за раз. И вместо них нужно будет подготовить подделки. Мой человек займётся этим. Их-то я и буду ставить на место, чтобы никто из посторонних людей не догадался. А через границу с твоими посольскими служащими две-три книги никому не бросятся в глаза. Их обычные люди никогда в глаза не видели, потому и не смогут узнать. Да и местной знати царь этих книг особо никому не показывает. Так что я уверен, что здесь не будет никаких трудностей, – Ратмир привычным жестом откинул волосы со лба.
– Да-а уж! Даже не верится, что эта библиотека скоро вернётся домой. Самая большая мечта Учителя наконец-то исполнится..
– Одна из самых больших, – поправил его Ратмир и добавил: – Да и не так скоро. Представь, сколько нужно времени на то, чтобы перетаскать оттуда почти два обоза книг. А потом ещё и через границу их переправить, – Ратмир стал, морщась, с явным усилием подниматься с подстилки. – Пора нам ехать, брат Антонио, скоро темнеть начнёт. Много вокруг оголодавших и ожесточившихся. Не хочется из-за этого губить чужие жизни и проливать чью-то кровь.
– Давай помогу, брат, – кинулся к нему на помощь Антонио. – И держи свой посох. Ты прав, пора домой.
– И у меня будет ещё одна просьба к тебе, брат, – придерживая лошадь, обратился Ратмир к другу. Тот в этот момент уже приторочил подстилку к седлу и садился на лошадь.
– Говори.
– Печатней заведует хороший человек – Андроник Невежа. Он достаточно умён и внимателен и может мне помешать. Нужно сделать так, чтобы в ближайшие дни он получил приглашение от наших мастеров печатных дел для ознакомления с новыми печатными станками. Он должен уехать в Италию и оставаться там как можно дольше. Лучше – навсегда. Ты же понимаешь, что рано или поздно откроется, что вместо драгоценных книг на полках в царской библиотеке стоят подделки. Я не хочу, чтобы этого человека казнили.
– Я понял тебя, Ратмир. Ты прав – безвинные люди не должны страдать из-за политических дел. Так учит наш Учитель. Но, увы, иногда приходится и их приносить в жертву, – вздохнул Антонио и, улыбнувшись, весело добавил: – Хотя думаю, что ему я смогу помочь покинуть Русь в ближайшее время.
И они оба – бок о бок – поскакали в сторону Москвы.
Глава 18
Время было уже около полуночи, и в светлице боярыни Мирославы Кольчуговой, плача полупрозрачными слезами, горели восковые свечки, даря окружающему ночному миру дрожащий свет.
На большой широкой постели с балдахином, подложив под спину кучу пуховых подушек и вытянув больную ногу, полусидел-полулежал Ратмир в чистой, отглаженной кремового цвета кружевной рубахе и в светло-серых портках. В руках у него была небольшая вытянутая гитара. Длинные, сильные пальцы скомороха ловко касались её натянутых струн и извлекали из них нежную, щемящую душу мелодию.
Вот затихли последние аккорды. Сидевшая на краю постели Мирослава вздохнула: – Разных мне приходилось слышать музыкантов, но никто из них не играл такую душещипательную музыку. Как же она мне по душе пришлась, Ратмирушка!
– А ты обучись её играть сама, – добродушно улыбнулся Ратмир. – Вот и будешь себя утешать, когда захочется.
Мирослава как-то странно посмотрела на него и нехотя кивнула: – Пожалуй. Только тебе придётся показать мне, как играть.